Скелеты хрустят, гиганты оседают в сугробы, но тварей только становится больше.

Ломтик появляется из ниоткуда, гордо неся в зубах бедренную кость — судя по виду, человеческую. Видимо, успел стащить у какого-то неудачливого скелета. Настя делает малому нагоняй:

— Ломтик, ты бы лучше наружу не совался. Ещё сцапают.

Пёса протестующе тявкает в ответ и, довольный собой, исчезает в угол салона.

Тем временем я, используя артефакт удалённой телепатии, нахожу нечто подозрительное — место, от которого идёт мощный фон темной маны. Определённо эпицентр. Там творится что-то нехорошее.

— Мы можем попробовать подняться в воздух и облететь их, — хмуро предлагает Студень, кивая на скопление нежити впереди.

Я пока еще думаю над предложением, как ситуация резко осложняется. Сверху, из-за низких туч, начинают выныривать стаи мёртвых птиц и летающих скелетов. Твари кружат над степью, точно стервятники.

— Ненавижу нежить! — сквозь зубы бросаю.

Студень аж вздыхает:

— Эх придется дальше буксовать…

— И ничего не придется, — отрезаю. — Готовь нашего здоровяка к взлету.

Я решаю действовать на опережение, пока нас не обложили со всех сторон:

— Магнитик! Активируй магнетический кристалл и укрепи лобовую броню!

Лена тут же сосредотачивается, и «Буран» отзывается стальным скрежетом. Спереди машины с гулом начинает нарастать новый слой железа — тяжёлый, прочный и готовый выдержать удар хоть тараном, хоть когтями гиганта.

— Вьюга, твой выход! Поднимаем «Буран» в воздух!

Камила кивает и концентрируется на кристалле. «Буран» вздрагивает, затем, с натужным гулом и вибрацией, медленно отрывается от земли. Машина тяжело взмывает в небо, поднимаясь над равниной.

— Студень, запускай турбинные двигатели, — добавляю я, а машина уже рычит от ускорения. Да, турбины здесь тоже есть. Всё-таки лучшая боевая машина Царства, а то и всего мира.

Двигатели гудят, разгоняя «Буран» выше и быстрее. «Буран» с ревом уносятся вперед, разрывая морозный воздух на клочки. Мёртвые стаи не заставляют себя ждать — крылатые скелеты и зомбированные птицы бросаются на нас, как чумная туча.

— Искра, работай! — командую.

Светка ведёт огневые залпы, и столбы пламени сжигают тварюг. Воздух полыхает, гремит от взрывов, а от бывших птиц остаются лишь обугленные кости, сыплющиеся вниз дождём.

Летим неплохо, но идеальные планы, как всегда, идут лесом. Происходит что-то похожее на воздушный взрыв: «Буран» резко подбрасывает вверх, словно нас пнул невидимый гигант. Машина скачет на несколько километров, срывается в свободное падение, и, описав дугу и едва успев притормозить, врезается в землю где-то посреди степи.

Пол салона вздрагивает, стены звенят от удара. В этот момент, пока все пытаются отдышаться, раздаётся радостный крик Шепучки, которую явно прёт от такого «аттракциона».

Я устало оглядываюсь на команду. Все живы. Хорошо.

— Ну, по крайней мере, теперь мы точно ближе к Айре, — говорю, вытирая ладонью пыль с лица.

И как раз в этот момент связь-артефакт резко «просыпается». Кого еще приспичило? Я недовольно щёлкаю по побрякушке пальцем, активируя канал. Раздаётся ледяной, но контролируемо-спокойный голос королевы Шакхарии:

— Конунг Данила, ты случайно не знаешь, где сейчас моя дочь?

Я отвечаю с кривой улыбкой:

— А как же! Ее Высочество совсем рядом со мной.

* * *

Степь, Боевой материк

Айра отбивается от зомбаков, которые возникают из-за кустов и деревьев, тесня её всё плотнее.