средствами добраться домой!  Внешняя  оболочка  будней  столицы  в  разгар

рабочего дня вдруг растаяла и потекла, словно разогретый  жир.  Обычно  по

вечерам эта оболочка тает  постепенно,  уступая  место  мерцающему  неону,

который напоминает о бьющей ключом ночной жизни  столицы.  Но  сейчас  под

горячим пеплом, который  попадал  в  глаза,  забивался  в  ноздри,  оседал

горечью во рту, люди спешили по домам. С сумасшедшей скоростью проносились

пустые такси,  казалось  в  паническом  страхе  удиравшие  от  пассажиров.

Водители, как и все, торопились домой, к семьям.

   Домой!..

   Беззвучно кричал весь город,  осыпаемый  шуршащими  серыми  с  рыжинкой

хлопьями.

   Что бы там ни было, домой!

   А что потом? Что предпринять дома? Как быть?  -  вихрем  проносилось  в

голове каждого, но эти мысли не  задерживались.  Самое  главное  сейчас  -

собраться всей семьей. А думать,  размышлять,  что-то  делать  -  это  все

потом...

   Нашлись и такие, кто остался на работе. Это в основном были холостяки и

молодежь, живущая в общежитиях. Студенты, наоборот, покидали  общежития  и

спешили в университеты, чтобы в кругу  приятелей  обсудить  положение.  Но

если и собирались где-либо небольшие группы, люди главным образом невесело

молчали. Кое-кто бросился к вокзалам, решив отправиться на родину.

   Однако выехать из столицы на запад было уже невозможно. Поезда  в  этом

направлении шли только до Хирадзука, а по линии Токио - Нагоя - только  до

Ацуги, да и то движение скоро  прекратилось.  Центральная  железнодорожная

линия к западу от Хатиодзи тоже вышла из  строя.  Двести  пятьдесят  тысяч

приезжих из Кансая оказались отрезанными от  своих  городов.  "Мегалополис

Токайдо" был рассечен надвое, сообщение между востоком  и  западом  Японии

стало  возможным  только  по   воздушному   и   водному   путям.   Недавно

восстановленный аэродром Ханэда опять закрылся. Шли работы  по  сооружению

дамбы - во время приливов взлетные  дорожки  заливало  из-за  усилившегося

опускания всего прилегающего к аэродрому района. Единственный  действующий

столичный  аэропорт  Нарита,   который   обслуживает   и   внутренние,   и

международные рейсы, в любую минуту мог выйти из строя  из-за  перегрузки.

Три дня назад в городах Кисарадзу  и  Ирима  для  внутренних  пассажирских

рейсов открыли аэродромы военно-воздушных сил самообороны,  но  они  могли

принимать только самолеты средних размеров. Пришлось использовать  военные

транспортные  самолеты.  Из  Токийского  порта,   который   еще   не   был

восстановлен после цунами и не мог  принимать  крупные  лайнеры,  один  за

другим выходили на Кансай и на Кюсю  переполненные  пассажирами  небольшие

суда.

   После взрыва Фудзи слой пепла парализовал наземный  транспорт  столицы.

Снегоуборочные машины  расчищали  улицы.  Легковые  автомобили  еще  могли

кое-как пробираться по ним,  но  машин  становилось  все  меньше  -  начал

сказываться недостаток бензина, потребление которого уже  было  взято  под

государственный контроль и строго нормировалось.