Жена на него тогда рассердилась, а дети посмотрели с осуждением...  И  вот

сейчас...

   Неужто сейчас эта мало-мальски обеспеченная жизнь превратится в краткий

сон?

   Япония утонет... Это  совершенно  невероятно,  но  говорят,  что  будет

именно  так.  Сто  миллионов  человек...  Эти  люди  с  превеликим  трудом

выбрались  из  пучины  всех  военных  и  послевоенных  бедствий,  полжизни

потратили, чтобы терпением и трудом создать благополучие  своим  семьям  и

всей стране... И теперь, через несколько месяцев, все это исчезнет,  канет

в бездну в  самом  прямом  смысле  слова...  Что  их  ждет?  Переполненные

самолеты и суда, если только на них удастся попасть,  прозябание  в  чужой

стране, которую никогда не видел, на земле, взятой "внаем", в бараках  для

беженцев, в лагерях...  Жизнь  приживалок  с  постоянным  сознанием  своей

ущербности.

   А какая жизнь ждет его самого? Сумеет ли  он  в  неведомой  стране  все

начать сначала. Ведь у него семья - жена, уже не очень  молодая,  и  дети,

еще не очень большие. Сумеет ли он найти работу? Сумеет ли приносить домой

столько, чтобы все были сыты?

   Ему уже за пятьдесят... И он очень устал...  Опустив  голову,  он  тихо

брел в сторону дома... Но, нет, он еще повоюет! Он отец  своих  детей!  Он

муж своей жены! Он - мужчина! Зрелый человек! Ради них он еще раз принесет

себя в жертву. Ну, что ж, не будет тихой жизни  "человека  на  покое",  на

которую он рассчитывал по выходе со службы. Увольнительного  пособия  тоже

не будет. Но какая ему разница? Разве до сих пор он  получал  удовольствие

от жизни? Так что ему все равно.  Да,  в  неудачное  время  родилось  наше

поколение, подумал он.

   Земля  загудела,  опять  началось  землетрясение.  Разом  погасли  едва

светившиеся уличные фонари, послышался звон  бьющихся  стекол.  С  тяжелым

стуком посыпалась черепица. Не обращая внимания на раскачивающуюся  землю,

он продолжал идти. Что толку убиваться и сетовать  на  судьбу!  В  старину

сколько было людей, которые терпели еще большие страдания и так и умирали,

ничего  хорошего  не  изведав.  Да  и  во   всем   мире   сколько   угодно

обездоленных... Он все же пожил и в достатке - потому что родился именно в

это время и не где-нибудь, а  в  Японии.  Даже  в  гольф  успел  поиграть.

Побывал за границей, правда, всего один раз... Однажды держал  в  объятиях

гейшу, пусть не очень дорогую... Пятьдесят лет - и все сначала. Ничего  не

поделаешь - сначала, так сначала...

   Он шел в раскачивающейся  ночи.  Сначала...  сначала...  Из  его  груди

вырвался стон.

   Вокруг не было ни души. Значит, никто не увидит, как он, уже не молодой

человек, ладонью вытирает упорно катящиеся по щекам слезы и почему-то  все

время старается изобразить жалкое подобие улыбки.

10

   - Получен ответ из Китая, - сообщил Куниэда.  -  Согласны  принять  два

миллиона человек, это - пока, до августа.