– Ты чего?

– А то сам не знаешь, чего…

– Не бери в голову. Просто не думай об этом! Выкинь из головы.

– Из головы надо было выкинуть идею лезть на эту чёртову гору.

– Ген! – Олег повысил голос. – Прекрати истерику. Из нас четверых вменяемы сейчас ты и я. Не заставляй меня думать, что я остался один.

Генка вдруг расхохотался.

– Один? Ну, не-ет! Он ведь сказал, что никого не останется! Гора нас не отпустит! Мы все погибнем. Все!

Олег размахнулся и влепил Генке оплеуху.

Рисковал – физически Генка не слабее него. Если они сейчас сцепятся… Но помогло. Истерический хохот прекратился. Не говоря больше ни слова и не глядя на Олега, Генка отцепил от рюкзака топор. Побрёл в лес.

045.

Наши дни. Москва

– Ты издеваешься?

Смуров смерил взглядом здание бизнес-центра «Омега-плаза», со скульптурами львов у входа.

– Не понимаю, о чём вы, – холодно сказал Тимофей.

– Ты с ним хотя бы договорился? О встрече? Предупредил, что придём?

– Нет, – изумился Тимофей. – Это ведь ваша работа.

– Что-о-о?! – совершенно обалдел Смуров и уставился на Тимофея.

– Я хотел сказать, это – работа Вероники. Которую вы, в известной степени, заменяете.

Смуров молча сверлил Тимофея взглядом.

– Я не умею договариваться с людьми. Если они предоставляют определённые услуги – я могу заказать эти услуги. Но если мне нужно навязать своё общество… Я не знаю, как это делается. Люди от меня отгораживаются, не идут на контакт. Это особенно заметно при личном общении. Они принимают характерные закрытые позы. Я изучал язык тела, – добавил Тимофей, что-то своё прочитав в мрачном взгляде Смурова.

– Твою мать… – Смуров начал подниматься по ступенькам. – Ну, молись, чтоб. Там, на охране. Какой-нибудь хлюпик сидел.

Смуров приехал без формы, в гражданском, однако во внутреннем кармане куртки лежало удостоверение. Ну и лицо. Такое лицо, которое без всяких удостоверений буквально кричало: не надо становиться на пути этого человека.

Он прошёл через крутящуюся дверь, миновал лобби и, оттолкнув от стойки регистрации заикающегося курьера с розовым коробом, сунул удостоверение под нос сидящему за стойкой мужчине. То ли охраннику, то ли… Чёрт его знает. Никакой формы, даже наоборот – пиджак и галстук.

– К Александрову, – прохрипел Смуров. – Пятый этаж.

– А… Простите… – заколебался стражник.

– Открывай давай! – рявкнул Смуров. – Совсем уже тут. Мышей не ловите.

Мужчина пробормотал извинение и что-то нажал. Смуров, ловко спрятав удостоверение, надавил на турникет, приоткрыв его, и махнул рукой Тимофею. Тот прошёл первым, Смуров – следом. К счастью, Тимофей на эту встречу надел деловой костюм, так что выглядел представительно. В отличие от Смурова, которому отсутствие подходящего месту прикида заменили удостоверение и суровое выражение лица.

Приметив лифты, Смуров двинулся к ним. Взгляд охранника он ощущал затылком, но не обернулся.

– Вот если сейчас нас. За шкирку. Отсюда, – пропыхтел он. – Я тебя на пятнадцать суток. Обещаю.

– Вы ведь полицейский.

– И что? Я не при исполнении.

– Уверен, начальство пойдёт вам навстречу. Придумаете задним числом легенду о том, что вы тут делали в интересах следствия.

Смуров опять прожёг Тимофея взглядом. Тот добавил:

– Впрочем, согласен: выкинуть нас отсюда всё равно смогут.