|
И вскоре подружился с Маринкой. Оказалось, она занималась в хореографическом классе и мечтала стать балериной. Глядя на невероятно красивые па, которые демонстрировала новая подружка, и он захотел сломать семейные стереотипы, чтобы вместе с ней отправиться учиться изысканному балету. К всеобщему удивлению, Витьку приняли, несмотря на отсутствие явных хореографических способностей. Может быть, сказалась типичная нехватка мужского пола в подобных заведениях. Впрочем, педагог, известный в прошлом заслуженный танцовщик, придерживался теории, что в балете главное — выносливость и трудолюбие, и только лишь потом способности, которые можно развить опять же путем длительных и мучительных тренировок на растяжку, прыгучесть и гибкость. Дворовая шпана потихоньку отстала от мальчишки, глядя, как Маришка каждый раз, проходя мимо, не только держала его за руку, но и буравила глазами хулиганов так, что искры сыпались из глаз. Конечно же, для типичных представителей городских окраин это так себе аргумент, но, быть может, какая-то доля приличных манер в них еще теплилась и из уважения к женскому полу они расступались. А может, просто Маришка и им нравилась? История об этом умалчивает.
Через два года упорных тренировок и ощутимых сдвигов, аккурат перед отчетным ежегодным концертом, на репетиции произошел несчастный случай. Витька получил серьезную травму позвоночника. С каждым днем ситуация становилась хуже и хуже, через неделю нижнюю часть тела парализовало. После нескольких консилиумов, рентгеновских снимков и консультаций специалистов выяснилось, что Витьке в лучшем случае грозит инвалидная коляска. Его срочно доставили в Ленинград, там весьма удачно прооперировали, потом последовало несколько месяцев изнурительной реабилитации. О балете, разумеется, стоило забыть. Повезло еще, что восстановить здоровье удалось без особых последствий. Так что изменить предначертанную судьбу не получилось. После окончания школы Виктор таки попал на тракторный завод. А Маришка с семьей переехала в Москву. Первое время писала письма, а потом перестала.
Несколько дней после таинственного исчезновения Анны Виктор ужасно мучился и сходил с ума от безызвестности и ревности. Казалось, они не виделись вечность. Его уже не радовали изысканные прелести вокруг: ни теплое лазурное море с песчаными пляжами и изящными француженками, ни абсолютно неотделимые от местной жизни многочисленные ресторанчики, что кучно расположились по побережью, ни даже питательный завтрак в шаговой доступности от кровати. Наконец, однажды вечером зашла горничная расправить постель. И кроме привычной шоколадки оставила на покрывале записку от Анны, в которой содержалось приглашение на романтический ужин в Париже. Тотчас Виктор бросился вниз расспрашивать бывшую русскую женщину на ресепшене, как побыстрее добраться до Парижа. И первым же утренним рейсом покинул Ментон. Как и предполагалось, они встретились в семейном греческом ресторане рядом с Пантеоном в 5-м округе Парижа. Анна показалась Виктору любезной, приветливой, при этом чуть натянутой и виноватой. Впрочем, до прямых извинений дело не дошло. — Здесь подают такие сытные блюда! Я заказала спанакопиту! — А что это? — неторопливо спросил он, по-прежнему чувствуя легкое охлаждение и обиду. — Пирог со шпинатом. А потом нам подадут мусаку, это великолепная запеканка из баклажанов с говяжьим фаршем. Анна в белом изысканном обтягивающем платье с открытой спиной подозвала официанта и попросила зажечь приготовленные ею ароматические палочки. — Где же ты все это время пропадала? — наконец спросил он. — Неважно! Были кое-какие дела… Скажи еще, что ты скучал… — Я волновался… — тихо ответил он, сконфузившись от мысли, что теперь почему-то она так далека. Потягивая из бокала изысканное французское вино, он пытался проанализировать, отчего вдруг она отдалилась, изменилась, стала неприступно холодной и насмешливой после недельной разлуки, принимая Виктора так, как будто они были едва знакомы, и все издевалась над ним из-за отсутствия сильного мужского характера. |
