В те минуты, когда свергнутый император ловил для поцелуя руку Панина, Никита Иванович видел на освободившемся троне не Екатерину, а своего воспитанника Павла I. Мать, по мнению графа, должна была стать регентшей при малолетнем правителе.

В очередной раз, теперь уже окончательно, Екатерине II пришлось свои материнские чувства принести в жертву короне. Слабое здоровье сына и частые болезни представляли угрозу для императрицы. Случись что-то серьезное с Павлом, ее противники или авантюристы вроде Емельяна Пугачева могли спровоцировать восстание, пустив слух, что императрица готовится умертвить или уже умертвила единственного законного наследника и прямого потомка Петра Великого.

Для того чтобы обезопасить себя с этой стороны, Екатерина II оставила сына под опекой того, кто более других говорил о защите прав законного наследника. Граф Никита Иванович Панин продолжил воспитание цесаревича до его совершеннолетия. Заодно, дабы удушить врага в дружеских объятиях, Екатерина II возвела графа в ранг одного из самых важных государственных деятелей. Он был назначен первоприсутствующим в иностранной коллегии и во многих случаях играл первую роль во внешней политике государства. Впрочем, главная роль всегда оставалась за Екатериной.

Через 20 лет Екатерина II, опираясь на светлейшего князя Потемкина, отправила Панина в длительный отпуск, а затем в отставку.

А в течение всего этого времени Никита Иванович продолжал оказывать самое большое влияние на формирование личности цесаревича. Французский язык, начитанность, прекрасные манеры, рыцарское отношение к женщинам, остроумная и изящная речь – все эти черты и свойства характера великий князь Павел Петрович развил благодаря графу Панину.

Никита Иванович внушал ему мысли об ограничении самодержавной власти. Но эти идеи прошли мимо внимания Павла. Зато цесаревич в полной мере осознавал себя законным наследником престола, которому богом предначертано править великой страной.

Роль графа Никиты Ивановича Панина при цесаревиче Павле представляется неоднозначной. Мы не будем подробно рассматривать здесь оценки различных мемуаристов и исследователей, чтобы не уклоняться чрезмерно от главной темы. Ограничимся некоторыми замечаниями.

Многие источники и исследования говорят о том, что в присутствии Панина цесаревич постоянно выслушивал скептические, насмешливые речи об императрице, о ее правлении и политике, о состоянии государственных дел. Впечатлительному отроку внушалась мысль о том, что мать незаконно захватила трон. И ладно бы еще употребила власть на пользу Отечества! Благодаря стараниям графа Панина словно в кривом зеркале цесаревич видел деятельность Екатерины Великой карикатурной и не замечал, как превращался в карикатуру сам.

Но современные исследователи и специалисты по эпохе Екатерины II придерживаются иной точки зрения. Граф Никита Иванович Панин со временем высоко оценил государственные способности Екатерины и, как умный политик, признал ее право на власть. А причиной его отстранения от дел и последующей отставки стали разногласия в вопросах внешней политики. Граф Панин выступал за союз с Пруссией. А светлейший князь Потемкин – за возобновление союза с Австрией, который был необходим для решения вековой задачи, а именно – ликвидации угрозы со стороны Крыма и закрепления в Причерноморье. Борьба с Оттоманской Портой без союза с Австрией представлялась невозможной.

Как бы то ни было, а развязка противостояния Екатерины Великой и графа Панина наступила во время заграничного турне уже взрослого великого князя Павла Петровича и его супруги великой княгини Марии Федоровны.