– И как ты умудрилась пронести их с ужина!

 Алекто только плечом повела.

 – Уметь надо.

 Забравшись с ногами на кровать, они разделили угощение. Алекто откусила кусочек, чувствуя, как лопаются под зубами крупинки. Само тесто, и без того тугое, стало уже жестковатым, но этот недостаток сглаживала сладость.

 – Как думаешь, что будет при дворе? – спросил Эли, потянувшись за следующим куском.

 – Не знаю. – Алекто с деланым безразличием стряхнула с остатка пирога крошки, прежде чем отправить его в рот. – Должно быть, дамы будут скучны, а король будет как все короли.

 – Будто ты много королей знаешь!

 – Уж поболе тебя, неуч! – кинула она в него подушку.

 Оба знали, что учитель, который к ним приходил, заставил зубрить список королей с древнейших времен, что Алекто, кстати, и сделала. Ее он обучил начаткам грамматики, тогда как образованию Эли и Каутина, конечно же, уделялось основное внимание.

 Эли каждый раз едва мог дотерпеть до конца занятий. Мысли его разбегались, как воробьи, которых он любил гонять с друзьями пажами.

 Когда с пирогом было покончено, Эли с сожалением вздохнул и поднялся.

 – Ну, пока.

 Алекто приблизилась к зеркалу и погладила подарок. Отчего бы и не быть при дворе лучше других леди?

 Глава 3

Три недели пронеслись быстрее, чем можно было предположить. Дела с ногой Рогира обстояли уже лучше. Он мог и вовсе оправиться, если бы не пренебрегал постоянно советами лекаря. Я заканчивала последние приготовления. Наряды были уже сшиты и даже уложены. Ларец с драгоценностями я решила с собой не брать, ограничившись лишь несколькими украшениями для нас с Алекто.

 Наконец, настал день отъезда.

 – С вашего разрешения, я возьму с собой печати, милорд.

 – Вам не придется особо мне писать, миледи. Я приеду вскоре за вами. Мне лучше с каждым днем. – Он шевельнул ногой и поморщился.

 Я покрутила в руках печать.

 – Такое послание побоятся открывать, милорд.

 – Хорошо, вы правы.

 Порой наши разговоры с Рогиром походили на беседы двух незнакомцев.

 – Позвольте вам помочь. – Проковыляв к выходу, он открыл передо мной дверь.

 – Благодарю. Вам следует поберечь себя.

 Двор застилал белым одеялом снег. Щеки покалывало. Я обернулась в последний раз на обнесенный лесами замок. Холода усилились, и строительство пока приостановили.

 Следом вышла Алекто, рядом с которой семенила Хольга.

 – Вы ведь взяли гребень? – волновалась жена управляющего.

 – Конечно, Хольга, не беспокойся.

 – А каль?  На ночь ведь непременно нужен каль. В королевском замке наверняка сильно дует.

 – Ты ведь сама его и уложила…

 – Ах да. Ну а ту свистульку, с которой вы лучше всего засыпали?

 – Хольга, мне ведь уже не семь.

 – А…

 – Не волнуйся. – Алекто обернулась и, положив руки ей на плечи, заглянула в глаза. – Я отправляюсь в королевский замок, а не на край света.

 Вздохнув, жена Якоба накрыла ее руку своей.

 – Берегите себя, миледи.

 Поцеловав ее в лоб, Алекто скользнула в повозку, не взглянув на меня.

 Хольга приблизилась к мужу, и тот обнял ее за плечи. Когда то он принял ее, несмотря на все, что произошло во время нападения Скальгердов.

 – Оставляю хозяйство на тебе, Якоб, – протянула я ему руку. – И на вашего сына.

 Хотя, конечно, правильнее было бы сказать «сына Хольги».