— Ты — в роли Принцессы?

— Нет, малыш, в роли штопальщицы кукол. Это таинственный, роковой образ — образ, который будет притягивать и гипнотизировать. Партия штопальщицы кукол — это самое лучшее, что создал Вернон. Себастиан, ты всегда говорил, что я умею играть. Именно потому, что я умею играть, я буду петь в Ковент-Гардене в следующем сезоне. Я обеспечу тебе сенсацию. Я знаю, что могу играть, а игра в опере дорогого стоит. Я смогу — я заворожу людей, — они смогут чувствовать. Опере Вернона не хватает драматизма Предоставь это мне. А что касается музыки, вы с Радмагером внесете свои предложения — если он к ним прислушается. Музыканты в этом смысле — дьяволы, всем известно. Так что постановка возможна, Себастиан.

Она подалась вперед, ее лицо было одухотворенно. Выражение лица Себастиана казалось, наоборот, бесстрастным, как всегда в те минуты, когда он напряженно думал. Он одобрительно посмотрел на Джейн, взвешивая все за и против. Он верил в Джейн, в силу ее таланта и магнетизма, в ее удивительную способность накалять эмоции на сцене.

— Я подумаю, — сказал он осторожно. — В том, что ты говоришь, кое-что есть.

Джейн вдруг рассмеялась.

— И ты задешево меня получишь, Себастиан, — сказала она

— На то и рассчитываю, — серьезно ответил он. — Мой еврейский инстинкт должен быть удовлетворен каким-то образом. Ты втравливаешь меня во все это, Джейн, — и не думай, будто я этого не замечаю.

Глава 3

Наконец «Принцесса в башне» была завершена Вернон мучился тем, какие безрадостные чувства его обуревали. Опера никуда не годилась, она была безнадежна Лучше было бы ее сжечь.

Одобрение и поддержка Нелл в эти дни были для него словно манна небесная. Она обладала удивительным чутьем нате единственные слова, которые Вернон хотел услышать. Хотя, как он повторял в последнее время, он давно дал ей повод для отчаяния.

Вернон мало виделся с Джейн в течение зимы. Большую часть времени она гастролировала с Английской оперой, но когда она пела Электру в Бирмингеме, он отправился в театр. Он был потрясен — и музыкой, и исполнением партии Электры... Создавалось ощущение, что она — дух, а не женщина И хотя он знал, что ее голос слишком слаб для этой партии, это почему-то не имело значения. Она была Электрой — этим фантастическим, феерическим духом безжалостной судьбы.

Вернон провел несколько дней с матерью — они показались ему тяжелыми и напряженными. Он съездил проведать дядю Сиднея и был принят холодно. Энид была помолвлена с каким-то адвокатом, и дядю это не радовало.

Нелл с матерью уехали на Рождество. Как только они вернулись, позвонил Вернон и сказал, что они должны срочно увидеться. Он появился чрезвычайно бледный, с горящими глазами.

— Нелл, знаешь, что я слышал? Все говорят, ты собираешься замуж за Джорджа Четвинда. Джорджа Четвинда!

— Кто тебе сказал?

— Да много кто. Говорят, ты повсюду ездишь с ним.

Нелл выглядела испуганной и несчастной.

— Лучше бы ты не верил всему, что говорят. И, Вернон, не надо меня обвинять. Это правда, что он делал мне предложение — дважды, если быть точной.

— Этот старик?

— Вернон, не смеши меня. Ему всего сорок один или сорок два

— Чуть ли не в два раза старше тебя. Надо же, а я думал, он хочет жениться на твоей матери.

Нелл невольно рассмеялась.

— Хотела бы я, милый, чтобы так оно и было. Мама и вправду еще очень красива.

— Я именно так и подумал тогда вечером в Рейнлеге.