– Ну так забирай. И уезжай немедленно.

Тимофей сделал шаг к лестнице на второй этаж, но остановился. Повернул голову к матери.

– Ты ведь сама меня пригласила…

– Убирайся прочь!

Тимофей опустил голову и медленно начал подниматься наверх.

87

ЧЕТЫРНАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД

Первое время после развода родители Тимофея не общались. С Тимофеем отец тоже не виделся – хотя формально имел на это право.

– Почему? – спросил следователь.

Отец говорил торопливо, словно спешил поскорее выговориться – пока не прошел запал. Ломаный немецкий язык в его исполнении чудовищно мешался с русским. В сложных случаях на помощь приходила мама. Она то и дело всхлипывала, пыталась дополнять рассказ отца подробностями. Но следователь эти попытки пресекал.

– Почему вы не общались с сыном? Вы находились в ссоре?

– Нет. Разве можно поссориться – с ним? – Отец кивнул на Тимофея и горько засмеялся. – Просто… Парень тут вроде прижился. В приличной школе учится. А я – кто? Простой слесарь. О чем мне с ним говорить? Рассказывать, как унитазы чиню?

– У вас есть проблемы с алкоголем?

– Нет у меня проблем. Выпиваю иногда – ну так а кто не выпивает?

– Ясно. Продолжайте.

– Ну и как-то случилось, что мне деньги понадобились. За квартиру задолжал… еще там, по мелочи. Да и вообще домой хотел вернуться! Опостылело мне тут. А дома, известное дело, стены и те кормят…

– Стены? – удивился следователь.

– Поговорка, – объяснила мама Тимофея.

– Ясно. Дальше?

– А что – дальше? Где их взять-то, деньги? Вокруг соседи – такие же нищеброды… Ну я и поехал к Лене. Подкараулил возле работы, когда выходила. Она меня выручила. Ну, и разговорились. – Отец посмотрел на маму.

– Я в тот период находилась в крайне взвинченном состоянии, – поспешно сказала мама. – Мне казалось, что Штефан что-то от меня скрывает. Поделиться мне было не с кем – с подругами о таких вещах не разговаривают, а встреча с бывшим мужем спровоцировала на откровенность.

– Какого рода откровенность?

– Я сказала, что, как мне кажется, у Штефана есть от меня какие-то секреты.

Мама посмотрела на отца. Так, будто они находились на теннисной площадке и она подала мяч максимально удобно для того, чтобы отец его взял.

И он взял. Заученно проговорил:

– Я стал следить за Штефаном. Делать мне особо нечего, времени полно. И я узнал, что он ворует у своей компании деньги.

– Как именно вы это выяснили?

– Ну как… – Отец неуверенно посмотрел на маму. – Узнал, да и все! Какое вам дело?

– Мне есть дело до всего. Повторяю вопрос: каким образом вам удалось узнать, что господин Майер утаивает от компании часть дохода?

– Геннадий не знал этого доподлинно, – вмешалась мама. – Это было просто его предположение, понимаете? А для того чтобы проверить предположение, он написал Штефану первое письмо.

– Фрау Бурлакофф! – Следователь хлопнул ладонью по столу. – Я спрашивал не вас! Прошу отвечать лишь на те вопросы, которые адресованы вам.

– Конечно. Извините. Я всего лишь хочу помочь.

– Да-да. Именно так я и подумал… Вы ведь понимаете, что мы будем проверять всю информацию, которую сейчас получим? – Следователь снова посмотрел на отца.

– Понимаю, – буркнул тот.