– Да, мэм.

Я протянула ему купюры.

– А где ты жил? – спросила я.

– Нью-Йорк Си-и-ити! – сказал он, как в старой рекламе сальсы[6].

– Вот это переход, сюда из Нью-Йорка. Сурово, должно быть, – заметила я.

– Мне нормально было, – вздохнул Рэнди и невесело улыбнулся.

– По голосу ясно, что сурово было кому-то еще. Ты от кого-то уехал? Или приехал с кем-то, кому не понравилось?

Он сначала отмахнулся, но затем на удивление ответил:

– Тогда я был женат.

– Ох. Был? Прости. Похоже, здесь счастья она не обрела. Конечно, переезд тяжелый. Многим нравится, но ясно как день, что найдутся и те, кто на это не пойдет. Что, она вернулась в Нью-Йорк?

Рэнди засомневался, по-видимому, не понимая, что я пристально за ним наблюдаю.

– Да.

Я открыла было рот, чтобы задать еще вопрос, но передумала.

Довольно, сказала я себе. Если дальше спрашивать, будет выглядеть так, словно я сую нос не в свое дело. Я просто улыбнулась и кивнула. Надо сказать, я приятно удивилась, когда он заговорил по собственной воле.

– Подал на развод. До сих пор не оформили все бумаги, – сказал он, пожав плечами.

Я моргнула.

– Ты же уже давно здесь?

– Лет шесть с половиной.

– И все еще ждешь развода? Она не подписала? – Вот и не задавай вопросов. Теперь я не могла остановиться.

– Пока нет.

– Надо же. Ты чего, соберись, миссис Рэнди, – сказала я, пытаясь выжать из него улыбку. Сработало лишь на секунду. – Трудно жить дальше, когда по-прежнему ощущаешь связь, да?

– Ванда. Ее звали… ее зовут Ванда. И ты права: если женат на женщине, которая совершенно не хочет быть твоей женой, то жить дальше тяжело.

– А она как-то объясняет, почему не подписывает?

– Никак. – Брови его сдвинулись, взгляд уперся в кассу. Когда он поднял голову, он уже улыбался. – Бог мой, Бет, мне правда жаль, что я вывалил на тебя это древнее занудство. Я о ней не говорил уже очень давно. Забудь это все.

Я взяла пакет с носками.

– Что забыть? – улыбнулась я.

– Спасибо.

– Если вдруг захочешь пообщаться, я всегда рядом. Ну а если не рядом, я в офисе «Петиции» или в «Бенедикт-хаусе» – ну и по-любому не волнуйся, это не под запись.

– Отлично. – Рэнди глубоко вздохнул. – Правда, у меня все нормально. Бизнес требует внимания, ну и вообще.

– Кстати, ты отлично описал те звуки, что услышал тогда. Знаешь, что случилось за последние пару дней?

– Ты про девочек? Ты же тоже слышала эти звуки?

– Да, и я уверена, что именно девочки их издавали, возле офиса. Все было ровно как ты описал. Знаешь, что в город их я привела?

– Слышал разное, но это похоже на правду.

– Ощущение было, будто это что-то потустороннее. Они вообще не разговаривали. Хорошо, что отец их забрал. Они заблудились, потому что оползень прилично изменил пейзаж.

– Такое случается, – рассеянно заметил Рэнди.

– Что именно?

– Оползень.

– Думала, ты про немых детей.

– Наверняка и такое случается.

– Жуткое дело, – сказала я. – Отчего бы девочкам молчать? И еще они нарисовали твой дом.

– Было дело. Мы с Грилом решили, что они просто видели дом, когда проходили мимо, и он их впечатлил. Они должны были быть близко, когда издавали все эти звуки.

Мне показалось, впервые за время разговора Рэнди не то чтобы солгал, но сказал не всю правду.