Я встала и подошла к скрытой библиотеке, потянула на себя дверь. Казалось, что книги стоят вразнобой, но вскоре я поняла, в чем дело. Стеллажи детективов и триллеров. Я прочитала многие из них. Я сама написала шесть из них.

С верхней полки на меня смотрели корешки моих книг.

– Черт побери, – тихо сказала я. Посмотрела на дверь его спальни, но та была плотно прикрыта. Он все их читал? Он что, мой поклонник? Он меня узнал?

Я ни за что не собиралась оставаться на ночь в этом доме, который еще и находится невесть где. Ни за что на свете. Лучше я сдохну в пикапе по дороге в Бенедикт, чем задержусь тут хоть на минуту.

Лейн был мне чужим, но это не все; в доме был и Тревис Уокер – неважно, что только у меня в голове. А в пикапе его не будет. Я его туда не пущу. Смогу хоть как-то на него влиять. И не имеет ни малейшего значения, что это небезопасно. Пофигу, если я веду себя по-идиотски.

Я закрыла дверь библиотечного шкафа. Схватила свою куртку и перчатки, висевшие на крючке у входной двери, выудила ключи из кармана, мысленно порадовавшись, что Лейн не оставил их себе, и тихонько вышла.

По-прежнему шел снег, и на пикапе уже налип слой толщиной с дюйм; но Лейн не взвел свою ловушку, и никакого шума от меня не будет. Конечно, он опять услышит шум двигателя, но мне уже было все равно. Я забралась в машину, надавила на кнопки старых замков на дверях и повернула ключ. Пикап завелся с пол-оборота. Я рулила, особо не сваливаясь в скольжение, и в миллионный раз благодарила Бога за шины. О снегоуборщиках в Бенедикте не слыхали. Но мне было совершенно все равно. Я выехала на дорогу и очень осторожно, дюйм за дюймом, стала продвигаться в сторону Бенедикта, ни разу не взглянув в заднее зеркало. Но я знала, что он видел, как я уезжала. Они с Тревисом оба смотрели. Мне надо было избавиться от обоих; я ехала, и, к счастью, оба они теперь были все дальше и дальше.

Глава двадцать пятая

В сарае было темно и холодно – в моем сарае, офисе «Петиции». Я зажгла весь свет, чтобы вокруг все приятно засверкало, и прибавила отопления. Мне уже приходилось работать там по ночам – бывало, что и до раннего утра.

У меня получилось. Хоть я и ехала не быстрее улитки, но все получилось. Для вождения я была экипирована как положено – пикап и правильные шины. Поездка моя – не хотелось считать ее побегом, но примерно так я о ней думала – дала возможность не только успокоиться, но и поразмышлять. Пока я ползла это короткое расстояние, успела пройти через страх, злость, стыд и даже настоящую ярость. Но видений никаких не случилось, и когда я оказалась вдали от места, где почувствовала себя в ловушке, пусть лишь воображаемой, – мне сильно полегчало.

Когда я добралась до офиса, уже почти наступила полночь, но спать совершенно не хотелось, да и интернет мне был нужен. К счастью, Орин никогда не выключал библиотечный сервер. Если тебе во внерабочее время вдруг нужен был доступ, можно было припарковаться у здания или сесть на ступеньки перед входом.

Оползень, казалось, перевернул все вокруг. Обнаружились две девочки, тело какой-то женщины и мужчина, и о них раньше никто не слышал. К слову говоря, у мужчины на полках стояли все мои книжки, да и вел он себя так, будто знал, кто я на самом деле. По-честному, он был такой не один – видала я много полок со своими книжками; сбежала я скорее из-за остальных ингредиентов этого милого коктейля.

В дверь постучали. Все мои усилия успокоить себя провалились в тартарары. Сердце опять забилось как сумасшедшее, я схватила стеклянный кофейник. Нехороший знак.

– Эй, Бет, это я, – послышался голос Орина.

Я с шумом выдохнула, руки затряслись из-за выброса адреналина; затем прокашлялась.

– Секундочку, Орин.