Всё бы ничего,  да только уж очень любили эти самые ребята по брегам рек бегать, а отхватывать  конкретных тумаков, видимо, только на берегах и получалось, так как в  пятикилометровой зоне по Северскому Донцу я насчитал десятки таких могил. Водоёмов  в промежутке между курганами и рекой тоже хватало. Сузить круг поиска удалось лишь  благодаря старинным картам, на которых были отмечены населённые пункты,  расположенные поблизости от курганов, а значит, в одном из них мог жить тот  самый заботливый и предусмотрительный папаша.

Круг-то  сузился, да только мест таких всё равно выходило приличное количество, а  значит, ждало нас с Вовкой лето, полное приключений настоящих кладоискателей.  Оставалось только это лето дождаться и надеяться на то, что друг его тоже дождётся  или хотя бы позвонит. Но он, почему-то, не звонил. Ни разу за полгода. Я  испытывал чудовищное чувство вины за то, что не вернулся к тонущему в  алкогольной зависимости Вовчику, как обещал, и даже пару раз хотел отменить  запланированные важные дела, но вечно возникали какие-то ещё более неотложные  встречи или контракты, которые никак не отпускали домой. Отсутствие телефонных  звонков от Вовки подтверждало самые грустные прогнозы – он снова запил. В этом  я был просто уверен.

Как-то поздним  зимним вечером, сидя перед телевизором в любимом кресле, я переключал каналы и  наткнулся на сюжет о родном городе. Привлекательная молодая корреспондентка,  стоя на фоне нашего дома, хорошо поставленным голосом сообщала о страшной  трагедии, случившейся в соседнем дворе. На последнем этаже элитного новостроя  прогремел взрыв, и полностью сгорела квартира одного весьма успешного  бизнесмена, славящегося своими активными инвестициями в инфраструктуру города и  меценатством в сферу музыкальной индустрии. Сам бизнесмен погиб во время  взрыва. Официальную причину трагедии пока не называли, однако по предварительным  данным ею стала банальная утечка газа. Также, сообщалось, что в последнее время  Бреславский Игорь Генрихович – так звали погибшего – конфликтовал с рядом  сомнительных лиц, которые за последний год осуществили серию рейдерских атак на  ряд крупных торговых и производственных объектов, находящихся в собственности  бизнесмена.

Я раньше много  слышал об этом человеке, о его весьма немалых капиталах, о его большой нелюбви  к коррумпированной городской власти и даже как-то раз встречался с ним лично на  презентации нового альбома одной весьма популярной певицы, которая записывалась  на моей студии. Довольно приятный человек с умным взглядом и аристократичной  внешностью, за которым повсюду слонялись два широкоплечих телохранителя.  Возможно, именно это моё личное знакомство и послужило причиной такого сильного  переживания о трагической судьбе совершенно чужого человека. А, может быть, уже  тогда я, с помощью какого-то шестого чувства, понял, что эта смерть обязательно  ещё коснётся меня лично. Естественно, тогда я и предположить не мог, как  сложится дальнейшая жизнь и как увиденные в выпуске новостей события изменят  мою собственную судьбу.

А тот вечер я  лишь задумался над бренностью нашей жизни и над тем, что всё в этом государстве  принадлежит тем людям, которые правят балом сегодня, сейчас, не задумываясь о  потомках. И какими бы законами не охранялась наша частная собственность, она в  любой момент может стать не нашей. Ну, а если ты рискнёшь с этим не  согласиться, то и право на жизнь у тебя отберут без зазрения совести.

В апреле,  когда сезон студийных работ подошёл к концу, я плюнул на всё и вернулся в свой  родной город с единственной целью – снова найти друга и вернуть его к  нормальной жизни. Вот только моим благородным планам было не суждено сбыться  уже никогда – беспробудного алкоголика Вовки не стало.