Донован продолжал молчать. Мария почувствовала неловкость.

– Позволишь присесть? – спросила она.

Донован неопределенно пожал плечами, показал на диван. Мария села.

– Гм…

Они оба повернулись в сторону двери. Шарки стоял и улыбался.

– Есть у вас туалет?

Донован объяснил, куда идти. Шарки шумно зашагал через строительный мусор.

Донован бросил взгляд в окно. На него смотрело его собственное отражение, за которым размытыми пятнами угадывались серость пустынного побережья, утесы и сердитые волны Северного моря. Он увидел нечесаные длинные седеющие волосы, почти свалявшиеся в неопрятные сосульки, торчащую клочьями бороду, дикий взгляд ввалившихся глаз с темными кругами. На нем старые драные джинсы, ветхий джемпер. Он посмотрел на Марию, такую свежую, чистую, яркую, и попробовал взглянуть на себя ее глазами. Да он не просто слетел с катушек – он опустился.

Он подошел к дивану, сел рядом.

– Так о чем ты говорила?

Она невольно отшатнулась. Ничего удивительного, подумал он, от него несет перегаром и немытым телом. Он почти ощутил уколы совести.

– Гэри Майерс, – сказала она, взяв себя в руки, – пропал. Вместе с человеком, с которым встречался.

– Какое это имеет отношение ко мне?

– Дело в том, что нам вчера позвонили.

– Кому – нам?

– В приемную «Геральд». Голос сказал, что имеется информация о Гэри. Сказал, сколько эта информация стоит. А также о том, что сообщит ее только одному человеку.

– Кому?

– Тебе.

Донован был готов рассмеяться.

– Мне? Он что – начитался старых газет?

– Вряд ли, – улыбнулась Мария. – Слишком юн.

– Что ты хочешь сказать?

– По голосу подросток. Кажется, темнокожий.

Донован усмехнулся. Мышцы напряглись и странно растянулись – давно забытое ощущение.

– Темнокожий, говоришь?

– Ты ведь знаешь, что я имею в виду, – покраснела Мария. – Дитя городских трущоб.

Донован кивнул:

– Понятно.

– Короче, парнишка поклялся, что не врет. У него есть кое‑что, и он может это нам продать, но дело иметь желает только с тобой.

– Почему именно со мной?

Мария вздохнула:

– Мы и сами не поняли. Вероятно, его информация имеет какое‑то отношение к тебе. Бог знает, что это может быть.

– Считаешь, это заслуживает внимания? Вдруг утка? В полицию звонили?

– Мы вообще‑то… сначала так и хотели сделать. А потом передумали. Решили повременить. Пока нет оснований предполагать, что совершено преступление. Возможно, Гэри сейчас работает над материалом, который пока не может нам показать. Ты же знаешь, как это делается.

– Когда‑то знал.

Мария ничего не сказала и снова почувствовала неловкость.

Повисло напряженное молчание. Он вдыхал чудный запах ее духов. Вот уже многие месяцы он лишен этих ощущений. Это был запах другого мира, запах прошлого. Она старалась не смотреть на револьвер на столе. Снова вздохнула.

– Боже мой, Джо…

Она вообще‑то ничего говорить не собиралась и тут же отвела взгляд.

– Что? – Он посмотрел на нее с вызовом, но она не поднимала глаз.