Постукивают ставни, нарушая тишину, которая наступила в темной комнате.

     - Вы вынуждаете меня чувствовать себя виноватым в том, что вы до  сих

пор не учинили  надо  мной  расправы,  -  замечаю  я,  ибо  пауза  слишком

затянулась.

     - Я уже думал и об этом. Но, наверное, и вы  хорошо  знаете:  намного

труднее спрятать труп, чем живого человека. Живой человек может  незаметно

пройти мимо полицейского, а  на  труп  он  почему-то  обязательно  обратит

внимание. Чей это труп, почему он очутился  именно  тут,  а  не  в  другом

месте, кто его оставил... И потом, этот противный запах... Нет, Майкл,  вы

все же мне друг! И я не хочу видеть вас трупом.

     Как-то проходит и эта ночь.

     Ночью  хоть  и  с  перерывами,  но   спишь,   тебе   что-то   снится,

преимущественно кошмары.  А  днем  намного  хуже.  Кажется,  ты  проснулся

невесть когда, а на улице все еще утро, мы сидим в кухне после  того,  как

уже давно выпили горький невкусный кофе, последний кофе на этой  проклятой

вилле.

     За свою жизнь я испытал достаточно всяких неприятностей, но я никогда

не думал, что так  трудно  вытерпеть  трое  голодных  суток.  Лишь  теперь

начинаю понимать, что голод такое великое зло. Лишь  теперь,  когда  время

словно остановилось, когда даже Сеймур замолчал, а я собираюсь  с  силами,

чтоб снова переместиться на диван и неподвижно замереть там.

     - Просыпайтесь, Майкл, - слышу хрипловатый голос.

     Голос доносится издали, потому что как раз в этот  миг  я  потонул  в

бездонной глубине, из которой я не  хочу  выныривать  на  поверхность  для

пустой болтовни.

     - Просыпайтесь, Майкл, быстрей! - снова раздается голос.

     - А? Что случилось? - бормочу я, стараясь стряхнуть с себя сон.

     - Тот тип... Наверное, он ищет вас... Его  сюда  нельзя  впускать,  -

объясняет американец, трогая меня за плечо.

     Сделав усилие, поднимаюсь и припадаю к щели в ставне.

     На поляне перед виллой остановился черный "опель" - странно, как я не

услыхал! - а в "опеле", если мне не изменяет зрение, сидит так  называемый

шеф Мод - мистер Фрэнк или Франк.

     Когда я выхожу наружу, он делает мне энергичный знак подойти.

     - Здравствуйте, Каре... Возьмите сумку на заднем сиденье...  Это  вам

передала Мод.

     Едва я успел взять сумку, выслушав его невразумительный монолог,  как

Франк махнул на прощанье рукой, и машина скрылась.

     - А тип очень напуган, -  замечает  Сеймур,  когда  я  возвращаюсь  в

комнату. - Это плохо.

     Он нетерпеливо достает  из  емкой  базарной  сумки  колбасу,  брынзу,

консервы, хлебцы  -  чего  там  только  нет!  Наконец  вынимает  маленький

заклеенный конверт:

     - Это вам...

     - Еще чего! - возражаю я.

     - Вскрывайте, это вам, - настаивает американец.