Я откинулся на спинку кресла, переваривая услышанное. Картина складывалась мерзкая, но логичная. Гильдия Целителей использовала свои благотворительные организации как прикрытие для множества грязных дел — от экспериментов над людьми до торговли детьми. За благообразным фасадом скрывалась тьма, которой позавидовал бы любой Кощей.

— Мы будем разматывать этот клубок до самого конца, — произнёс я, и голос прозвучал как скрежет металла о камень. — Не считаясь с ценой и последствиями. Каждый, кто причастен к этой мерзости, ответит.

Крылов медленно кивнул. В его серых глазах мелькнуло что-то похожее на мрачное удовлетворение.

— Даже не сомневался, что вы скажете именно так, Ваша Светлость. Потому и служу вам.

Я встал, прошёлся к окну. За стеклом догорал закат, окрашивая шпили Владимира в багровые тона.

— В этой головоломке не хватает какого-то кусочка, — произнёс я задумчиво. — Гильдия Целителей использует более сложные планы. Банальный рэкет и вымогательство денег у жертв не до конца укладываются в общую картину. Должно быть что-то ещё.

Крылов пожал плечами:

— Большинство преступлений в конечном счёте сводятся к деньгам. В этом нет ничего удивительного.

Возможно, он прав. А возможно, я слишком привык искать второе дно в каждом действии Гильдии. Но интуиция подсказывала, что здесь кроется нечто большее, чем простое вымогательство.

— Что вы собираетесь делать дальше? — спросил я, оборачиваясь к нему.

— Мне нужна ещё неделя. — Крылов встал, собирая бумаги обратно в папку. — Требуется собрать больше информации о всех, кто вовлечён в это грязное дело. Составить полные списки: имена, адреса, связи. После этого я планирую провести одновременный арест всех преступников — начиная от банды Сердцееда, продолжая чиновниками Городового приказа и заканчивая членами Общества Призрения.

Грамотно. Если брать по одному, остальные успеют сбежать или уничтожить улики.

— Это самое приоритетное дело на данный момент, — сказал я твёрдо. — Все необходимые ресурсы — люди, деньги, полномочия — будут вам предоставлены. Докладывайте мне лично и держите в курсе любых изменений.

— Слушаюсь, Ваша Светлость.

Крылов направился к двери, но у порога остановился.

— Ещё одно. Тот мальчик, Артём, который решился заговорить. Он проявил немалое мужество. В его прежнем мире за такое калечили или убивали.

Я кивнул:

— Знаю. Позаботьтесь, чтобы с ним и другими детьми из корпуса ничего не случилось, пока мы не закончим.

— Уже распорядился усилить охрану учреждения.

Дверь закрылась за начальником правоохранительных органов, и я остался один в кабинете. За окном сгущались сумерки, и огни Владимира начинали мерцать в наступающей темноте.

Гильдия Целителей. Снова и снова их тень падала на всё, к чему я прикасался. Эксперименты над людьми, отравления, убийства, а теперь — сутенёрство. Они расползлись по Содружеству, как гниль по древесине, проникая в каждую щель, подкупая, шантажируя, уничтожая.

Но гниль можно вырезать. Медленно, методично, до самого ядра.

Я подошёл к столу и взял магофон. Нужно было составить сообщение для Коршунова — пусть его люди в других городах тоже начинают копать. Если эта сеть работает более чем в двадцати городах Содружества, значит, Владимир — лишь один из узлов паутины.

А паутину лучше всего сжигать целиком.

* * *

Утреннее солнце пробивалось сквозь высокие окна совещательной залы. Я сидел во главе длинного стола, разглядывая лица собравшихся.