— Завтра. На первой полосе, — прошипела она, наклонившись к нему через стол так, что он почувствовал её тяжёлый парфюмерный запах. — У меня для тебя эксклюзив. Новость, которая взорвёт этот городишко. Заголовок будет такой: «Народный герой Игорь Белославов — трус и предатель». Ты напишешь, что он, испугавшись «очень серьёзных людей», кидает свой город. Кидает своих фермеров, всех этих дураков, которые ему поверили. Ты напишешь, что он в панике ищет покупателя на свой «Очаг» и собирается бежать, поджав хвост. Ты меня понял?

Редактор заискивающе закивал, не в силах оторвать взгляд от телефона, на экране которого высветилось существенное пополнение его баланса.

— Всё будет в самом лучшем виде, уважаемая госпожа Алиева! Народ узнает правду о самозванце!

* * *

На следующее утро на центральном рынке было шумно. Я как раз стоял у прилавка Коли-Грома, и вместе с ним и дедом Матвеем, прикидывал, сколько нам понадобится моркови на банкеты в выходные. Настроение было прекрасное. Наша маленькая «Зелёная Гильдия» потихоньку набирала обороты. Мужики, впервые за долгое время почувствовав уверенность в завтрашнем дне, работали с таким энтузиазмом, что любо-дорого было смотреть.

И вдруг в нашу мирную компанию, как пушечное ядро, влетел запыхавшийся Вовчик.

— Игорь! Шеф! Там… там такое! — выпалил он, протягивая мне газету дрожащей рукой.

Прежде чем я успел отреагировать, Коля-Гром своей ручищей выхватил у него листок. Его широкое, обычно добродушное лицо по мере чтения становилось всё мрачнее и мрачнее. Вокруг нас тут же начали собираться другие фермеры и торговцы. В воздухе повисло что-то тяжёлое, неприятное. Разговоры стихли.

— Игорь… — пробасил Коля, и в его голосе зазвенела сталь. Он поднял на меня тяжёлый взгляд. — Это что ещё за дела? Тут пишут… это правда, что ли? Ты нас… кинуть решил?

Я молча взял у него газету. Огромный, жирный заголовок на первой полосе орал дурным голосом: «ГЕРОЙ-САМОЗВАНЕЦ! БЕЛЫЙ ФАРТУК, ЧЁРНАЯ ДУША! ПОЧЕМУ ПОВАР БЕЛОСЛАВОВ БЕЖИТ ИЗ ГОРОДА⁈» Я пробежал глазами по лживым, сочащимся ядом строчкам. Про то, как я «испугался», как «цинично предал доверие простых людей» и как «в панике ищу покупателя на свой бизнес, чтобы сбежать с деньгами».

И я не выдержал. Я громко, от всей души, расхохотался.

Мой смех был таким неожиданным, таким искренним и громким, что все вокруг озадаченно замолчали. Нахмуренные, суровые лица фермеров вытянулись. Они смотрели на меня, как на полного идиота.

— Кинуть? — отсмеявшись, спросил я, поворачиваясь ко всем сразу. Я специально повысил голос, чтобы меня слышали все, кто успел собраться вокруг нашего маленького кружка. — Мужики, вы чего? Какие «кинуть»? Мы же с вами только-только начинаем! Вы с ума сошли? У меня ещё встреча с Максимилианом Додой. Знаете зачем? Будем утверждать окончательный план постройки большого центрального склада для нашей «Гильдии»! Чтобы вы могли хранить овощи в нормальных условиях! А через пару недель я вообще уезжаю в губернскую столицу, в Стрежнев. Угадайте зачем? Запускать там съёмки нового сезона своего кулинарного шоу на весь регион! Бежать и Зареченска? Да мне присесть некогда, не то что бежать!

Я демонстративно, с явным наслаждением, скомкал вонючий газетный листок, разорвал его на мелкие-мелкие клочки и подбросил их в воздух, как конфетти.

— А вот это… — я махнул рукой на порхающие в воздухе обрывки. — Это просто агония. Знаете, когда люди начинают вот так нагло и тупо врать? Когда у них больше не остаётся никаких аргументов. Алиева думает, что вы стадо баранов.