Иван повернулся лицом к сараю и замер, беспомощно опустив руки. Сарай исчез, превратился в груду обломков, которую длинные пулеметные очереди продолжали ворошить, как ворошат зерно на токах. Огненные пунктиры трассеров влетали в облако пыли и гасли. Лишь одна или две пули ушли рикошетом, светлячками вылетели вверх.

Пулеметы все еще стреляли, все еще перемолачивали обломки, дробили, словно старались стереть бетон в порошок, а темные фигурки солдат двинулись редкой цепочкой сразу с трех сторон, вдоль линий, прорисованных в холодном воздухе трассирующими.

Только когда солдаты подошли к тому, что раньше было сараем, почти вплотную, пулеметы замолчали, и затрещали автоматные очереди.

Сволочи, прошептал Иван. Какие сволочи…

Кто-то подбежал к Ивану сзади, схватил за рукав, Иван вырвался. Его схватили снова, попытались завернуть руку за спину, но Иван вывернулся и ударил. Потом еще раз. Он очень хотел достать пистолет и выстрелить, но ему было некогда — несколько человек одновременно навалились на него.

Почти целую минуту Иван держался на ногах, потом поскользнулся и упал. На него навалились сверху.

Кто-то ударил по ребрам, и старая боль полыхнула с новой силой. Иван закричал от боли и ярости, и его отпустили.

Несколько секунд Иван возился в грязи, пытаясь найти опору. Возился бы и дольше, но тут кто-то схватил его за воротник куртки и помог встать.

— Александров?

— Александров, — подтвердил Иван.

Глаза были залеплены жидкой грязью, Иван попытался ее стереть, но руки и рукава были не чище. Кто-то вытер Ивану лицо. Кажется, платком.

— Привет, — сказал кто-то. — А мы ждали…

Иван оглянулся на голос, прижимая руку к горящему огнем боку.

— А, — сказал Иван. — Майор… Ненадолго ты майор, майор… Я тебе, сука, лично погоны пообрываю. За сокрытие. И за убийство.

— Само собой, — сказал майор. — Как допрыгнешь, так и оторвешь… Ехал бы ты в Новый Иерусалим, господин Старший Исследователь. Скажи спасибо, что это именно я у пулемета был, другой кто мог бы и зацепить тебя, не представившегося. Если вдуматься — у меня такая потрясающая возможность была… Эх… Бойцы, проводить господина инквизитора до моей машины и проследить, чтобы он доехал до места назначения.

— Тебя как зовут, майор? — спросил Иван.

— Ильей меня зовут, господин Александров. Ильей Ильичом Зайцевым. Смешное сочетание, не находишь? У деда было чувство юмора, согласись. Ну, и у бати, само собой. Легко запомнить, чтобы в рапорте не напутать. Я завтра все равно собирался быть у Патриарха, вот и пересечемся, пообщаемся.

К плечу Ивана кто-то осторожно прикоснулся.

— Ладно, — сказал Иван, — пересечемся.

Без угрозы сказал. Почти совсем без угрозы.

Глава 06

В машине Ивану стало совсем плохо. Водитель гнал «козла», не обращая внимания на ухабы и ямы, то ли стараясь наказать брата Старшего Исследователя за неуважительный разговор с комбатом, то ли чтобы выполнить приказ того же комбата как можно быстрее.

Боль в поврежденных ребрах уже даже и не беспокоила Ивана — просто терзала, рвала в клочья, до темноты в глазах и до тошноты. Какое-то время Иван крепился, потом застонал и потребовал, чтобы машина остановилась.

— Есть тряпка большая? — спросил Иван у водителя. — Большая, чтобы я мог обернуть ее вокруг туловища.

Водитель полез под сиденье, покопался и достал свернутый полотняный мешок.