– Нам надо вернуться. Наша миссия завершена. У нас приказ. Ты его видел.

– Мы вернемся тогда, когда я решу. – Ом встает. – А ты. От тебя мало пользы. Но, может, ты для чего-нибудь пригодишься.

Поллукс щурится на него:

– Я – вышестоящий правительственный наблюдатель.

– Твой ранг – помощник антрополога. Это ставит тебя выше техников-регистраторов, но ниже пилотов.

Он направляется к выходу, на секунду замирает.

По радиосвязи мне слышно, как Поллукс поспешно отдает приказы центральной системе. Ом дает контрприказы – и сообщение открывается всем.

– Ты больше не сможешь мне помешать, – объявляет Ом, – так что не трудись и пытаться.

Я наблюдаю еще один эпизод, когда действие происходит в информационном пространстве. Я не знаю точно, как именно там принимаются решения, как выполняются действия, но Ом одерживает победу. Как бы то ни было, я не знаю, как другие участники экспедиции будут реагировать на сообщение.

Ом удаляется. Поллукс уходит в свой дом. Надо будет наблюдать за ними обоими. А вот Велма замечает сообщение, читает его и оповещает всех членов сразу: «Марс победил! Смотрите».

Весь остаток дня они только об этом и говорят – вдобавок, конечно, к празднику. Некоторые выражают радость – но делятся ею не со всеми. Немногие выражают сожаление. Мерло в восторге, но скрывает это от Му-Ри. Однако вскоре все их внимание захватывает праздник.

И мое тоже. Нам, растениям, еще предстоит Весенний праздник. Мы ждем более теплой погоды: хотя некоторые растения и подчиняются углу падающего солнечного света, большинство, включая подземную экологию, реагируют на теплую влагу, которая еще не пришла. Лес и поля в основном молчат. Примерно через два часа солнце зайдет.

Сегодня я буду внимательно следить за границей с Коралловыми равнинами, а также присутствовать на празднике в качестве участвующего наблюдателя. Я вижу, как царица Гроза показывает мою коробочку другим царицам и с наветренной стороны ощущаю запах любопытства. Малышка Трещотка хватает коробочку, трясет ее – и, похоже, удивляется, что она не издает шума. Гомон голосов уже такой громкий, что я со своего местоположения – в стороне, у плодового сада, – не могу разобрать даже голоса цариц.

Площадка переполнена. Широкие каменно-кирпичные стены сбоку от нее будут уставлены праздничными блюдами, а традиционная еда ждет у начала площадки.

Несколько землян стоят вместе рядом с одним из проходов и транслируют свой спор, так что я слушаю:

«Это было сто лет назад. Если точнее – сто шестнадцать лет и почти три месяца».

«А если мы улетим прямо сейчас, то попадем туда еще век спустя. Может произойти все что угодно».

«Но что-то уже случилось. Так что можно просто получать удовольствие».

«А зачем вообще возвращаться?» – спрашивает Велма.

«Что? Объяснись! – требует Му-Ри Фа. – Что ты имеешь в виду, ставя под вопрос наше возвращение на Землю?»

Эти слова снабжены пометкой, требующей всеобщего внимания. Он хочет включить в разговор всех членов экспедиции.

«Мы на месте, здесь безопасно, мы выжили, – говорит она. – И здесь к женщинам относятся как к равным. То есть я хочу сказать: что мы увидим, вернувшись? Все может быть даже хуже, чем когда мы улетали».

«Ты же знаешь, на что соглашалась», – говорит Фа.

«Я знаю, на что мы втайне соглашались – на побег. И мы сбежали. Зачем возвращаться?»

Чуть в стороне Карола разговаривает с одним из антропологов. Они оба замолкают и слушают Велму и Му-Ри.