– Если она вам мать, – сказал четвертый ледяной великан, – неудивительно, что среди вас одни недоумки и хвастуны.

Огун прервал перепалку:

– Где Тьяцци? У нас к нему дело.

– Я – Анборн, – представился великан, говоривший первым, – предводитель ледяных гигантов, занимающих сейчас эту крепость.

Огун кивнул.

– То есть Тьяцци здесь нет.

– Там, где он, – проговорил Анборн, – вам его не найти.

Фандрал приподнял уголки рта.

– Не стоит недооценивать наше умение выслеживать врагов.

– О, в этом я не сомневаюсь, Асгардец. Я слышал, как Огун Мрачный однажды отыскал один единственный листок в огромном Скартхейме. Но я не об этом. Вы не отыщете Тьяцци, потому что отсюда отправитесь прямиком в чертоги Хель.

Вынимая Фимбульдраугр из ножен, Фандрал проговорил:

– К твоему сведению, Анборн, сам Один дал нам важнейшее поручение. Тьяцци принес Асгарду огромный вред, и ни я, ни Огун, ни Вольштагг не остановимся, пока не исправим этого.

– И десяток ледяных великанов нас не остановит, – добавил Огун.

– Могучий Вольштагг уже сразил гномов, троллей и Буйных исполинов – не без помощи своих добрых друзей, конечно, – щедро разделил с товарищами заслуги Увесистый воин. – Неужели вы думаете, что с вами справиться будет сложнее?

– Ох, ну если будем сражаться в хвастовстве и высокомерии, то вы уже победили, – сказал Анборн. – Только как же вы будете драться этими своими крошечными клинками?

В этот раз Огун предпочел мечу булаву. Он и Фандрал пошли к великанам. Вольштагг остался на месте.

– Даю тебе последний шанс сдаться, ледяной великан! Тогда не придется принимать позорное поражение! А не сдашься – не останется времени даже пожалеть о своем решении!

В ответ Анборн во все легкие крикнул:

– В бой!

Вольштагг покачал головой.

– Ну почему они никогда не сдаются? Было бы гораздо проще и быстрее.

Воин стукнул коня по бокам. Жеребец даже не шелохнулся.

– Чтоб тебя! Вперед! – взревел Вольштагг.

Он снова сжал коня ногами, но Тяжеловоз лишь пригнул голову и принялся лизать снег.

– Будь ты проклят! – вскричал Вольштагг и пнул лошадь, что делал только в случае крайней необходимости.

Тяжеловоз не двинулся с места.

– Надо зарабатывать славу! Побеждать ледяных великанов! Спасать Асгард!

Скакун по прежнему зачерпывал губами снежинки.

– Вот и не повезло же, что ты единственный конь во всех Девяти Мирах, способный выдержать на спине все мое величие, – пробурчал Вольштагг и решил спешиться, чтобы наконец вступить в бой. Левая ступня застряла в стремени. Воин замахал руками, чтобы удержать равновесие, но это не помогло, и он рухнул лицом в снег.

Кольр и Гулльтопр, скакуны его друзей, похоже, были настроены на битву. Они галопом неслись прямо на ледяных великанов, а Фандрал и Огун уже занесли оружие, готовясь нанести первые удары.

Великаны же неслись навстречу воинам. Вперед вырвались два самых крупных, и бойцы вот вот должны были столкнуться.

Быстро обменявшись взглядами, Огун и Фандрал направили коней в разные стороны, чтобы встретить по одному великану. Они уже так долго бились вместе, что обсуждать тактику вслух даже не приходилось – хватало взгляда, и каждый понимал, что ему делать. Большинство маневров были рассчитаны на них двоих. У Вольштагга же каждый раз возникали какие то неувязки. Оба воина больше всех на свете – если не считать Гудрун – дорожили Вольштаггом Увесистым, и они бесконечно ценили искусство, с которым он бьется с врагом. Но вот добраться до схватки – это Вольштаггу давалось с трудом. И чаще всего старый опытный воин пускал в ход особую тактику.