— Думаешь, нужно слегонца столкнуть их лбами с теневыми бойцами императора?

— Да, Родион. Тем самым мы для наших сильных банд отрежем возможность переметнуться на сторону конкурентов. Но насколько такое возможно, я могу сказать лишь после изучения архива Мозельского. Пока что это вилами по воде писано.

— Уверен, Вера, что возможности будут. Вот видишь! А ты буквально недавно горевала, что твои способности не пригодятся. Ты кушай пирожное, кушай! Глядишь, ещё какая светлая мысль в твою прекрасную головушку придёт!

— Не сейчас, Родя, — вздохнула девушка. — Виски от перенапряжения ломить стало. Я теперь в думательном плане пару часов бесполезна буду.

— Может, в другом плане пригодишься? — взглядом показал я в сторону спальни.

— Пригожусь, но только себе. Извини, нужно вздремнуть немного. Перезагрузить мозг.

— Вот он — самый поганый побочный эффект твоего Дара, — преувеличенно вздохнул я. — Ещё даже не жена, а голова уже болит. Вера, ты давай поменьше думай, а то ведь вся совместная жизнь к чертям собачьим провалится. В конце концов, это мужик должен быть головой, а баба — шеей. Не порти установки, созданные эволюцией.

— Твоё нытьё услышала и приняла к сведению, — рассмеялась Вера. — Ты ещё парочку афоризмов про семейную жизнь вспомни, а я пока отлежусь. Извини, Родион, но сейчас реально не до любовных утех. Видимо, мне действительно очень аккуратно своим Даром придётся пользоваться. Стоит учесть это в будущем, чтобы не оказаться сонной курицей в самый неподходящий момент.

Наша с Верой семейная идиллия закончилась уже на следующий день. Я отвёз её к графу Мозельскому, который после непродолжительного разговора достаточно легко дал доступ ко всем своим архивам бандитского Петербурга.

И моя подруга пропала. Неделю Вера почти не появлялась дома. А если и приходила, то в таком вымотавшемся состоянии, что сил ей хватало лишь вымученно улыбнуться и в беспамятстве рухнуть на кровать.

Естественно, такое перенапряжение обеспокоило меня сильно. Но на все мои уговоры подруга не реагировала, заявив, что это временное явление, а сейчас необходимо правильно сложить всю головоломку криминального мира столицы.

Недолго думая, я поехал к Алтайской Ведьме, чтобы заручиться её поддержкой в этом нелёгком споре. Но и тут меня ожидала неудача.

— Пойми, Родион, — объяснила свою позицию Светлана Кузьминична. — Сейчас не те времена, чтобы жалеть себя. Так что Вера всё правильно делает. К тому же резкий упадок сил после мозгового всплеска не даст ей возможности выгореть. По мне, даже хорошо, что девка твоя так в работу вгрызлась. Считай это её тренировкой, прокачкой способностей.

— Хорошо, — нехотя согласился я. — Но учтите, если Верка себя загонит, то буду прежде всего, винить вас. Так что не стоит пренебрегать моим хорошим отношением. Опасно. За своих я глотки рвать буду. И ещё… Через неделю мне необходимы полные списки кандидатов в отряд прикрытия.

— Не поняла? — удивлённо подняла брови княгиня. — Ты, Родя, мне приказывать собрался? Вообще-то, это твоя прямая обязанность…

— Наша обязанность, — перебил я. — Или вы, Светлана Кузьминична, собираетесь до Великого Размытия на лавочке просидеть, свои любимые семечки щёлкая? Беда с Драконом вовсю приступили к составлению учебного плана. Скоро и профессор Гладышева к ним подключится.

У нас с Мозельским и полковником Красновым своих забот хватает.