— Я тоже надеюсь, Родион. Ну что? По мировой выпьем или так и будешь в дверях держать?

— Дуня! — довольно заорал я. — У нас гость! Готовь закуску!

Глава 11

Рождество встретили хорошо. Дружно. Прибыли все, кто смог. Были за праздничным столом и мои друзья-однокурсники, и Кудрявый со своей «училкой». Даже Беда почтил нас своим присутствием. Понятное дело, что Алтайская Ведьма, полковник Краснов и граф Мозельский не смогли заявиться. Зато далеко за полночь присоединились и Ирина, и Дарья, и даже Роман Хаванский.

Причём Дашка и Ромка прибыли в одном авто. Кажется, у этой парочки намечаются свои интересные отношения, никак не связанные с делом. Нужно будет у Аничковой потом потребовать подробный отчёт. Всё же она не просто княжна, а бывшая ликвидатор, как и я, находящаяся в новом для себя мире.

Жаль только, что Витька не смог присоединиться. У него в Кузьминках своё «веселье». Ватагу перепившихся разбойников сложно удержать в узде. Но думаю, что вместе с Чпоком Витёк должен справиться.

Ну а потом всех накрыли суровые будни. И главной проблемой стали экзамены в Академии. Их нужно было провести так, чтобы не только комар, но и Павел Четвёртый носа не подточил.

Боевая неделя! Я давно так не дёргался, осознавая, что всё зависит не столько от меня, сколько от остальных преподавателей. Слава богу, всё прошло по плану. Ну, а дальше началась межведомственная разборка, почему многие студенты лучше всего успевают не по своим профильным предметам. Закончилась она неожиданно появлением в стенах Академии самого императора.

Именно тогда я впервые столкнулся лицом к лицу с Тёмным Князем. Невзрачный с виду человек с умным и волевым взглядом. Вальяжно расположившись в кресле ректора, он выслушал доклад потеющего от волнения, но не потерявшего ясность ума академика Горенёва. Потом неожиданно приказал всем выйти. Я тоже, отвесив глубокий поклон, хотел удалиться вместе с профессорской братией, но неожиданно услышал:

— Булатов. Пожалуй, я хочу с вами ещё немного поговорить. Не каждый день в стенах столь прославленного учебного учреждения появляются подобные уникумы.

Чёрт! Этого мне только и не хватало! Но, поборов внутреннее напряжение и нацепив на морду самую верноподданническую улыбку, я радостно ответил:

— Буду счастлив, Ваше Императорское Величество! Это такая честь для меня.

— И кто же ты такой, Булатов? — уже без намёка на дружелюбие спросил Павел, как только за последним преподавателем закрылась дверь.

— Верный слуга Отчизны! — стандартно отрапортовал я, чувствуя неприятное давление на мозг.

— А на самом деле?

— На самом деле: ещё вернее.

— Дерзишь?

— Бывает, но не вам. Будь я тихим и покладистым, то не смог бы подняться так высоко. Лишь сильные добиваются успеха.

— Хорошо сказал, мальчик, — натянуто улыбнулся император, продолжая попытки влезть в мою голову. — Только вот от ныне покойного князя Аничкова я слышал не очень приятные эпитеты в твой адрес.

— Ну, — рискнул я продолжить игру в бесстрашного выскочку, — будь князь жив, я бы тоже о нём пару эпитетов мог добавить. Только о мёртвых не принято говорить плохо.

— Интересный поворот. И чем же он был тебе не по нраву?

— Во всех грехах подозревал после Баклы. А уж когда с его дочерью мы стали сокурсниками, так чуть ли не исчадием Преисподней считать стал, отчего-то решив, что я на Дарью планы имею. Как-то мы с «Иваном Ивановичем» сразу характерами не сошлись. Мне вообще на высокопоставленных особ «везёт».