— А если спросят, зачем формы шесть комплектов, и оружия? — уточнил Богдан.

— Скажете, что для наглядности. Один офицер, двое сержантов, двое рядовых «Буфало», один проводник УНИТА.

Быков кивнул.

— Понял. А ты?

— А я возвращаюсь на левый берег. Буду считать маршрут, искать проводников и думать, как это продать начальству так, чтобы они не успели меня расстрелять до выхода.

— Проводников всё-таки берём? — спросил Али.

— Одного или двух, если найду подходящих. Местных охотников или разведчиков, которые знают местность. Идти в чужой буш без такого человека глупо, а брать с собой лишнего переводчика ради разговоров, которых быть не должно, ещё глупее.

Быков одобрительно хмыкнул.

— Тогда смотри среди разведроты. Там наверняка есть пара старых бойцов, которые не слишком разговорчивые, зато по следам ходят прилично.

— Посмотрю. — Я поднялся. — Пока ничего никому не говорите. Найдёте форму — покажете мне, сравним с образцом. Если не найдёте, будем думать другой вариант.

— Найдём, — сказал Богдан.

Обратно я переправлялся уже затемно. Лодка шла медленно, мотор тарахтел неровно, вода под бортом казалась чёрной, а на дальнем берегу вспыхивали короткие огни трассеров. Ночь только начиналась, и вместе с ней начиналась работа, о которой пока не должен был знать почти никто.

В блиндаже на левом берегу меня ждал Лапин. Он сразу понял по моему лицу, что разговор с парнями закончился именно так, как он и ожидал.

— Они согласились?

— А ты сомневался?

— Нет. Поэтому и спрашиваю без надежды.

Я снял планшет, положил его на стол и сел рядом.

— Завтра начинаем готовиться. Начальству доложу только тогда, когда у меня будет план, маршрут, состав группы, снаряжение, проводники, точки выхода, связь и запасные варианты отхода.

Лапин посмотрел на меня с сомнением.

— А если они скажут, что ты всё это должен был согласовать заранее?

— Скажут, обязательно скажут.

— И что?

— А я отвечу, что выполнял приказ добыть данные любой ценой. Сами сказали — делай что хочешь.

Лапин потер лицо ладонями.

— Ты понимаешь, что они могут запретить? Нельзя советникам участвовать в боевых операциях, тем более в тылу. Вы можете не вернуться.

— А блять торчать тут неделями под артобстрелами можно? А атаки отбивать в передовой линии? А может быть можно по нейтралке ползать по минным полям, изучая местность и готовя рейды? Риск тот же, если не больше. Так мы сделаем всё сами, рискнув один раз и свалим из этого ада. Поэтому и доложу, когда всё будет готово. Запретить пустую идею легко. Запретить готовую операцию, когда других вариантов нет, сложнее.

Он долго молчал, потом вздохнул.

— Ты всё-таки совсем как Морозова стал.

— Не оскорбляй.

— Это не оскорбление. Это диагноз.

Я усмехнулся, но ничего не ответил, взяв со стола бинокль я поднялся. До рассвета оставалось всего пара часов часов, и тратить их на сон уже не имело смысла. Нужно было найти дорогу туда, где пропала лучшая группа Жулиана, и придумать, как пройти дальше, чем они, не повторив их судьбу.

Глава 9

Следующие двое суток слились для меня в один бесконечный день. Спал я урывками.