|
- Да как у тебя язык повернулся говорить такое! Как смеешь ты думать, что у меня есть кто-то другой! - А разве нет? Миртль, Миртль. Зачем тебе притворяться передо мной? - Вот именно! - ее голос возвысился почти до крика. - Я пришла, чтобы сказать... - она осеклась, - нет, после твоих оскорблений уже не имеет значения, о чем я пришла сказать. Слава Богу, что не сказала! Ты показал, чего ты стоишь. - Я сказал не все, что знаю. Кое-что меня оправдывает. Миртль уже хотела выбежать, но последняя фраза ее остановила. Она презрительно посмотрела на него вполоборота, черты ее лица были искажены гневом. - Суди сама, обманулся я или нет. Вчера в Фэргроуве, после того, как сбежал, я решил подождать за деревьями недалеко от аллеи, не появится ли возможность поговорить с тобою. На меня навалилась тоска, и я готов был все отдать, лишь бы вернуть наше прошлое. Ты так была мне нужна, что, видит Бог, я мог бы изменить своим принципам и отринуть убеждения. Я хотел просить тебя забрать назад письмо, которое ты мне написала, забыть обо всем и снова принять кольцо. Лэтимер умолк. Миртль медленно повернулась к нему и сделала шаг вперед. Презрительное выражение сходило с ее лица, уступая место удивлению. - Почему же ты этого не сделал? - почти беззвучно, одними губами прошептала она. - Ты еще спрашиваешь. - Глаза его были полны печали. - Неужто ты не припоминаешь, как вчера, когда я там прятался, ты шла в компании Мендвилла? Он обнимал тебя за плечи, и твое лицо светилось от счастья. - Гарри! - пытаясь этим возгласом остановить его, она сделала еще один шаг. - Тогда я понял, почему твое письмо было так безжалостно и что на самом деле случилось в мое отсутствие. Должно быть, ты очень обрадовалась предлогу, который я тебе дал... - О Гарри, и ты так подумал обо мне! Улыбка сожаления тронула губы Лэтимера. - Не станешь же ты утверждать, что мои глаза меня обманули? - Нет, нет, нет. Но это... это было не то. Совсем не то! - Не то! Мужчина идет с тобой в обнимку - и это не то? - Но он мой кузен! - в отчаянии воскликнула Миртль, но вызвала этим лишь новую пренебрежительную усмешку. - Твой кузен! Седьмая вода на киселе. Два месяца назад ты слыхом не слыхала о его существовании. Он свалился к вам с небес, и сила родственных чувств тотчас бросила его прямо в семейные объятия - в твои, Миртль, объятия. Миртль с усилием овладела собой. Бледная, как полотно, она была рассержена не на шутку. И все же она поняла, что устами Гарри говорит слепая ревность. Значит, ей нужно успокоить его, поскорее вывести из заблуждения. - Гарри, теперь ты выслушаешь меня, - сказала она спокойно, хотя это давалось ей с трудом. |
