|
Уф! Будь моя воля, Джордж, я взял бы нож, - он поднял руку и вытянул большой палец, который вдруг показался мне твердым и острым, - и вырезал бы эту опухоль. И палец, изогнутый серпом, резко полоснул воздух, как бы отсекая пласт. - Ценю вашу откровенность, док, - сказал отец. - Но боюсь, что мне и остальным беднягам у нас в школе никуда от него не деться. В городе он пользуется огромным доверием, его буквально боготворят. - Люди глупы, - сказал док Апплтон и подался вперед, негромко шлепнув ботинками по ковру. - Это единственное, чему может научить медицинская практика. В большинстве своем люди безнадежно глупы. - Он хлопнул отца по колену раз, другой, третий и продолжал. Теперь он говорил доверительным шепотом: - А когда я уехал в университет учиться на медицинском факультете, - сказал он, - там, знаете, ли, решили - парень из захолустья, дубина. Но прошел год, и никто уже не считал меня дубиной. Может, я был не такой шустрый, как некоторые, но я знал, чего хочу. Я не спешил и основательно засел за книги. А когда год кончился, как вы думаете, кто был первым? Ну-ка, Питер, у тебя ведь голова неплохо варит, кто, по-твоему? - Вы, - ответил я. Он вытянул это из меня как клещами. Они всегда на похвалы набивались, эти олинджерские знаменитости. Док Апплтон посмотрел на меня, но не кивнул, не улыбнулся и вообще никак не показал, что слышал мой ответ. Он помолчал, потом заглянул отцу в лицо, кивнул и сказал: - Я был не первым, но и не из последних тоже. Неплохо справился для дубины из захолустья. Вы меня слушаете, Джордж? И неожиданно, как это часто делают любители поболтать, оборвал разговор, словно не он у нас, а мы у него отнимали время, встал, ушел за перегородку и чем-то зазвенел там. Потом он вынес пузырек с жидкостью вишневого цвета, которая так бегала и сверкала, что была скорее похожа на ртуть. Он вложил пузырек в бородавчатую руку отца и сказал: - По столовой ложке каждые три часа. Пока нет рентгеновского снимка, ничего больше сказать нельзя. Отдыхайте и старайтесь отвлечься. Ну, а без смерти и жизни не было бы. Здоровье, - сказал он, и его нижняя губа дрогнула в улыбке, - это животное состояние. Причиной нездоровья чаще всего бывают две части тела - голова и спина. Мы совершили две ошибки: встали с четверенек и начали думать. От этого напрягается спинной мозг и нервы. А мозг регулирует функции всего организма. - Он сердито подошел ко мне, резким движением откинул мои волосы и стал пристально рассматривать лоб. - На голове у тебя пятен поменьше, чем у матери, - сказал он и отпустил меня. Я пригладил волосы, красный от стыда. - А что пишет Скиппи? - спросил отец. Доктор сразу размяк, отяжелел; он стал самым обыкновенным обрюзгшим стариком в жилетке и с резинками на рукавах. - Его оставили при клинике в Сент-Луисе, - сказал он. - Вы все скромничаете, - сказал отец. - Но я-то знаю, как вы им гордитесь. |
