Макар отправился служить чиновником для особых поручений в созданную приказом обер-полицмейстера Федора Федоровича Трепова сыскную часть, начальником которой был назначен Иван Дмитриевич Путилин.

Одним из первых дел, в котором довелось участвовать Макару, стало убийство лакея акушера Штольца Ивана Суслова. И хотя к раскрытию злодеяния не имелось решительно никаких данных, преступник был установлен за три дня. Юный Черемисин вместе с матерым сыщиком по фамилии Блок производил арест преступника в Ярославской губернии и с тех пор был у Путилина на хорошем счету. Этого Макару Ильичу было довольно, потому как к чинам он не стремился и на службу смотрел не как на азартную охоту за преступниками. Черемисин был уверен, что бегать за злодеями может всякий. Настоящему сыщику следует научиться использовать данные Господом ум и сообразительность, посему раскрытие преступления должно начинаться с анализа данных и построения логических цепочек рассуждений.

С Перовским он все прошедшие годы поддерживал дружеское общение и никогда не отказывал в помощи. Но на этот раз Алексей Борисович рассчитывал на еще одно весьма ценное качество Черемисина – умение хранить секреты.

Макару Ильичу исполнилось тридцать девять, но выглядел он старше, к тому же рано облысел. Старого друга Черемисин встретил у дверей, обнял и провел в кабинет. Вместе с тем, что принадлежал Макару, там стояли еще два стола, но оба пустовали.

Перовский взглянул на друга с благодарностью. Тот всегда знал цену приватности.

– Рад видеть, Алексей. Здоров ли? Как служба при дворе?

Перовский коротко поведал о житье-бытье и, подсев поближе, понизил голос.

– Наиважнейшее дело к тебе, Макар.

– Слушаю, – мгновенно посерьезнел Черемисин.

Не сомневаясь в том, что будет понят правильно, Перовский начал излагать суть вопроса. Макар Ильич слушал, не перебивая, глядя на товарища светлыми с голубизной глазами и изредка поглаживая лысину.

– О судьбе девочки я позабочусь сам, – произнес в заключение Перовский. – От вас, мой друг, мне нужна помощь сыщика.

– Найти того, кто желает ее смерти?

– Да, и как можно скорей. Дважды она чуть не стала жертвой нападения.

– Не понимаю, как она сумела отбиться от взрослого мужика.

– Не забывайте, чья кровь течет в ее жилах. Легкой добычей Романовы не были никогда.

– Я понял, Алексей.

– Это не все. В воспитательный дом примерно в одно время с Зинаидой поступили еще две девочки. Обе мертвы. Первая погибла пять лет назад. Ее якобы забрали родственники из Вологды. Зинаида слышала их разговор. Ее выбрали за схожесть с неким лицом, которого они называли Бульдожкой. Должно быть, тебе неизвестно, что такое прозвище было…

– Известно.

– Меня радует твоя осведомленность. Вторая девочка, тоже служившая во дворце, была убита совсем недавно. Ее тело нашли под Каменным мостом.

– Подожди. Служанка Нелидовой?

– Да. Есть подозрение, что ее могли принять за Зинаиду.

– Они похожи?

– Зимой спутать молоденьких девушек одного возраста, телосложения и рода занятий несложно. Обе служили у фрейлин государыни.

– Зинаида, стало быть, служит у княгини Куракиной?

– В феврале одна из ее горничных выходила замуж, – кивнув, продолжил Перовский. – На свадьбу пригласили Зинаиду. Венчание было далеко, на Петербургской стороне. Как видно, это ее и спасло.

– Повезло ей.

– И не говори.

Черемисин откинулся в кресле и, помолчав, спросил:

– Ты упомянул перстень. Можешь описать точнее?

– Да. Александр даже набросок сделал.