– Как? – только и мог он произнести.

Черемисин пожал плечами.

– Профессиональный секрет.

– Я был уверен, что это безнадежно.

– Рад, что сумел тебя переубедить, – немного рисуясь, улыбнулся Черемисин.

– Это важно, Макар. Он будет благодарен.

Черемисин махнул рукой, подзывая официанта. Молодец с высшей степени угодливой физиономией подбежал и, приняв заказ, от себя порекомендовал стерляжьей ухи.

– Рановато для обеда, – ответил Черемисин.

– Не пожалеете, господа, ей-богу! – прижал руку к груди официант.

– Ладно! Тащи! – согласился Перовский.

Ему было весело. Есть чем порадовать государя, да и сама встреча, он не сомневался, назначена Макаром не зря.

За ухой неторопливо и с расстановкой Макар изложил факты и свои мысли по поводу того, как стоит их понимать. Перовский слушал, порой удивляясь, порой негодуя, и все больше хмурился.

– Доказательств участия в злоумышлении Барятинской я не сыскал. Скажу более: Прохор, с первого взгляда как нельзя лучше подходивший на роль убийцы, оказался просто божьей овечкой в обличье волка. Веришь ли, крови с детства боится, бедняга. Плача рассказывал, как пришлось рубить голову курице, и он при этом упал в обморок. Знаю, что бывают убийцы с тонкой кожей, но те, что убивали девочек, такими слабостями не страдали. Преступники действовали беспощадно. Кроме всего прочего, Прохор ни разу не бывал во дворце. Из-за его разбойничьего вида княгиня не решалась являться с ним в покои императрицы. Однако последний случай произошел, как ты рассказывал, прямо во дворце.

Подлетевший, словно Амур на крыльях, официант поставил на стол тарелку с бужениной и копченым мясом, плошки с соленьями, разлил по рюмкам водку и унесся ветром.

Выпив, Черемисин подцепил кусок мяса и продолжил:

– Пользуясь правом лучшего друга – звание, полученное после второго полуштофа, – я расспросил Прохора и о других слугах Барятинской. Ни одного подозрительного факта. Хотя я был настойчив. Однако все это не говорит в пользу самой княгини. Она могла действовать через конфидентку.

– Куракину? Я слышал о ней много хорошего.

– Я тоже. Но не будем забывать о силе женской дружбы.

– Разве таковая существует? – криво усмехнулся Перовский.

– Если речь идет о прислуге, я думаю, Куракина не стала бы колебаться слишком долго.

– Какого ты, однако, низкого мнения о женщинах, Макар.

– Не обо всех, мой друг. Моя Олюшка – женщина великих достоинств.

– Блажен, кто верует.

– Не забывай: я сыщик и ложь распознаю мгновенно.

– Тогда прими мои поздравления. Ну, а что насчет Нелидовой? Вторая из девушек служила у нее.

– Я проверил. Куракина с Нелидовой не в ладах. Не то чтобы в ссоре, но не общаются. Вряд ли Нелидова могла передавать ей сведения о своей горничной. Скорее, тут дело в самой Зинаиде. Что-то было такое, заставившее подосланных убийц принять одну девушку за другую.

– Так и есть, Макар. Сергей – не сомневаюсь, ты в курсе моих домашних дел – сообщил, что Зизи упоминала о некой муфте, отданной подруге накануне. В момент смерти муфта была у Анет.

– Вот и разгадка. Но я не видел муфты в описи.

– Возможно, она была отнесена в качестве подтверждения свершившегося убийства.

– И это доказывает очевидное участие фрейлины Куракиной. Хотя и косвенное.