— Да ты иди, — сказал Брасти, поднимая чашу. — Если я не могу убить герцога, то, по крайней мере, выпью столько его вина, сколько в меня влезет. Хоть как-то ему наврежу.

Кест заглянул в свой кубок, взгляд у него был мутный.

— Это непросто, Брасти. Сокровищница герцога Рижуйского бездонная. Тебе придется…

— Заткнись и пей, — отрезал Брасти. — Вся ночь впереди.

Я их оставил и вышел с железного яруса в коридор, который вел в комнаты для слуг. Завернул за угол и едва не столкнулся с женщиной в пурпурном платье. В темноте коридора мне даже показалось, что я налетел на Валиану. Но секунду спустя понял, что это Трин.

— Фалькио, — сказала она. — Простите, я…

— Всё хорошо. У тебя всё в порядке? Разве тебе не следует находиться рядом с леди Валианой?

— Принцессой Валианой, — поправила она.

— Как скажешь. Почему ты здесь?

— Я… — Она коснулась моего плеча, но тут же отдернула руку. — Вы поступили очень храбро, попытавшись спасти эту семью.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь. Это Валиана, то есть принцесса Валиана, рискнула поговорить с отцом.

Трин лишь на мгновение закатила глаза, но затем вновь посмотрела мне прямо в лицо.

— Ее отец, герцог, и этот толстый угодливый слизняк понимают, кто нашептал ей на ухо. — Она снова коснулась моего плеча. — Они попытаются навредить вам.

Я засмеялся.

— Милая моя, герцоги и их толстые слизняки, все до одного, пытаются навредить мне с того самого дня, как я надел свой плащ. Так что хуже все равно не будет.

Она прильнула ко мне.

— Если бы я была хоть наполовину такой же храброй, как вы. Запах ее волос и изгибы тела, льнувшего ко мне, пьянили.

— Ты? — спросил я, нежно отстраняя ее. — Да без тебя Валиана совсем бы пропала.

Трин поглядела обиженно.

— Что вы! Принцесса любит меня даже больше, чем свою кошку в детстве. Когда кошка сдохла, Валиану эта новость просто раздавила, она плакала и плакала. Почти целый день. И лишь потом попросила, чтобы ей принесли новую.

— Думаю, что ты…

Слова меня оставили. Не мог я обманывать ее, даже ради того, чтобы сделать приятное.

— Валиана взойдет на престол, — сказала Трин, — а вы отправитесь странствовать дальше в поисках удачи. Вы не забудете меня, плащеносец Фалькио?

Я посмотрел на девушку, которая была одновременно умной и тихой, прекрасной и застенчивой.

— Разве это возможно?

Она улыбнулась, словно я наградил ее.

— Мне пора, — сказал я. — Уже поздно, а я хочу как можно меньше времени провести в сознательном состоянии в этом месте.

— Принцесса просила меня оставить ее одну сегодня ночью. Я никогда не ходила по коридорам этого дворца и не посмела бы в одиночку, хотя мне говорили, что здесь очень красиво. Возможно, мы с вами найдем повод, чтобы еще немного пободрствовать?

Она была прекрасна и таинственна; мне не слишком часто делали подобные предложения — честно говоря, ни разу с тех пор, как Алина, моя жена, пригласила меня на танец на деревенском празднике, и…

— Нет, — сказал я. — Прости, но мне нужно идти.

Мне было жаль ее, потому что она осталась совсем одна в этом гадючнике, хоть и пыталась даже здесь найти красоту и дружеское общение.

— Может быть, Брасти… — сказал я и сразу, но, увы, слишком поздно понял, что совершил ошибку.

Лицо Трин тут же заледенело, словно могильный камень зимой.