В разуме Пэт вспыхнула яркая молния. Никакой он не Лорри!

— Лоуренс, не так ли? — улыбнулась Пэт.

— Льорет, — поправила Несс.

— Вы играете в крикет за «Риво» с моим сыном Лиамом. Лиам Тейлор.

— Здравствуйте, миссис Тейлор, как поживаете? — Льорет послал ей ослепительную улыбку; Пэт внезапно обратила внимание, какие длинные ресницы обрамляют его теплые карие глаза.

— Я не знала, что вы здесь работаете, — сказала Пэт.

— В свободное от крикета время он мой помощник и веб-мастер, поэтому предполагалось, что он посмотрит дом недалеко от Мелмерби. — В голосе Несс послышались раздраженные нотки.

— Да, прости. — Льорет пожал плечами, как бы в недоумении. — Я опаздываю.

— А позвонить ты не мог?

Он снова пожал плечами.

— Телефон взорвался. Я сейчас поеду.

Пэт стало жаль парня; очевидно, он был чем-то обеспокоен.

— Моя подруга Лиз встретила вас в доме Топси, — сказала она. Перемена в выражении лица Льорета была поразительной; беспокойство сменилось шоком, его взгляд метнулся к лестнице, словно в поисках немедленного отступления. Но прежде чем Пэт успела отреагировать, вмешалась Несс:

— Итак, может быть, вы подумаете и вернетесь позже? — Пэт недоуменно посмотрела на нее. — Насчет дома для вашего сына? — Теперь папка была убрана, а в голосе отчетливо слышался намек на прощание. Пэт встала. Здесь ей больше ничего не светит, а мочевой пузырь подсказывал, что у нее все меньше времени, чтобы добраться до дома.

Сев в машину с пакетом овощей, она задумалась о том, что же ей удалось узнать. Ничего такого, что могло бы поразить подруг, особенно если они снова отправились на поиски приключений. Единственное, что Пэт разузнала, — личность Горе-сборщика: не сын Несс, а ее помощник. И, судя по всему, довольно ненадежный помощник. Но это вряд ли заслуживает «молодец, Пэт».

Проезжая по Миллгейту, она вспомнила тот внезапный, испуганный взгляд. Пэм оглянулась на «Зеленую траву» и заметила, что офис уже закрыт. (Но мы с нетерпением ждем возможности помочь вам найти вашу мечту позже!)

Глава 21,

Где проверяется черепица на крыше, возникают сомнения по поводу проводки, а также происходит инцидент с дверью в гардеробную

Рипон, утро следующего дня: серый, но оживленный четверг, колокола собора бодро отбивали призыв к молитве над крышами, рынком и нагромождением строгих викторианских домов возле колледжа. Ряды мусорных баков стояли в разнобой по сторонам улиц; кое-где ритмичный звон дополнялся механическим писком мусорного грузовика, сдававшего назад. Выцветший черный фургон остановился перед домом 47 по Колледж-гарденс, опрокинув один бак и задев другой. Мужчина за рулем хмурился с беспомощным видом, одновременно крутя руль, допивая банку энергетика и поглядывая на открытый ежедневник на пыльной приборной панели. Его расчесанные редеющие волосы, выглаженная рубашка поло и блеклая извиняющаяся улыбка не заинтересовали проходящего мимо человека с собакой, однако если б он увидел, как внезапно ожесточились черты лица водителя и как он оценивающе окинул взглядом фасад дома 47, собаковод, возможно, задумался бы.

Прежняя бесцветная улыбка вновь появилась к тому моменту, как стихла трель дверного звонка, а мужчина вдоволь налюбовался на витраж, зажав ежедневник под мышкой на манер Библии бродячего миссионера.

Женщина, открывшая дверь, нелепо контрастировала с аккуратным садом и столь же аккуратной прихожей внутри; на ней болталась мешковатая одежда черного и фиолетового цвета с манжетами и карманами, а поверх была накинута черно-фиолетовая шаль, от которой исходил отчетливый аромат благотворительного магазина.