Где-то звякнул разбитый бокал. Николай Павлович, опершись на камин, смотрел на нас с усмешкой.

— Ганнибалы! Вы забыли, зачем мы здесь? — крикнул он через весь зал. — Пора открывать бал!

Мы с Пётром моментально выпрямились, внезапно став серьёзней и все втроём направились к камину.

— Да, пора. Сударыни и господа, — на ходу повернулся я к толпе гостей, — Сегодня вы станете свидетелями…

Громовой удар с улицы заглушил мои слова. Окна бального зала озарились багровым светом.

— Фейерверк! — завопила Софья. — Он устроил фейерверк в Пскове!

Все кинулись к окнам, а кто-то и на улицу выскочил, так что в зале у камина стало безлюдно.

— Это и был ваш сюрприз? — сморщил нос Николай, которого фейерверками не удивить.

— Вовсе нет. Скажу больше — я про него даже не знал, а мой вы увидите, и очень скоро, — добросовестно признался я в том, что к этой части организации бала был фактически непричастен.

Это была инициатива устроительниц, но полагаю, счёт за бестолковые хлопушки, выйдет изрядный.

Фейерверк закончился довольно скоро. Не прошло и пяти минут. Даже представить себе не готов, сколько моих денег только что улетело на ветер.

— Да будет бал! — успел я крикнуть, усилив свой голос магией, прежде чем меня заглушил звук запоздавшей петарды.

— Вы с ума сошли! — попыталась Рысева высвободить руку, но мои пальцы сжались стальным обручем. — Менуэт окончен, сейчас начнётся полонез, а вы…

— Выучили расписание танцев наизусть? — усмехнулся я, срывая с баронессы перчатку. — Милейшая, бал — это война. Полонез открывает старший по чину, а мазурку танцуют только незамужние. Ваш регламент — клетка для тех, кто не умеет перепрыгивать через прутья.

Где-то внизу хлопнула дверь.

— Ваше сиятельство! — донёсся голос церемониймейстера. — По протоколу, после фейерверка…

— Чёрт с ним, с вашим протоколом! — рявкнул я, вталкивая Рысеву в узкий проход за портьерой. — Скажите Его Высочеству, что я баронессу обучаю стрельбе из пистолета.

— Мы с вами на такое не договаривались, — довольно спокойно сообщила мне Софья, — И не сказать, чтобы я к чему-то подобному не была готова, но никак ни здесь. И не так публично.

Для кого как, а для меня — ушат холодной воды на голову.

Нет, я понимаю, что мой предшественник готов был отлюбить всех, до кого дотянется, и не по разу.

Есть тут такое соревнование меж молодыми дворянами, итогами которого они небезосновательно гордятся.

Наивные. Они думают, что это они победители. Но, как правило, основной формуляр их «побед» составляют достаточно безотказные дамочки, у которых либо муж стар, либо он женился на них ради приданого, а сам супруг предпочитает окучивать молоденьких крепостных красавиц, навещая свою законную супругу в постели от силы несколько раз в год.

Получив от вдовы этакий отлуп, от которого загорелись уши, я вернул даму в зал, а там…

Вовремя меня вдовушка на землю вернула. Один танец до вальса остался. И во время его исполнения впервые начнёт работать моя «цветомузыка».

У меня хватило ума, чтобы успеть понять — вина и кальвадоса я сегодня явно перебрал. Навязчивые дворяне, дядья и важные гости — со всеми пришлось выпить. Пора остановиться. Я выскочил на улицу, а когда добрался до ближайшей лавки то вовсю врубил мощный оздоровительный перл. Пяти минут хватило, чтобы придти в себя. Вот жеж, чуть было не оскандалился, да ещё в присутствии Его Высочества.

— Вы пропустили танец, — прошипела Рысева, когда я вернулся в зал, — И мне пришлось танцевать с губернатором.