Он кивнул на стул, а сам устроился за письменным столом.

 – Я ищу место, – сказал Гарет. – Один мой друг сказал, что ваш рейс обещает быть интересным.

 – Друг? Твой дядя?

 – Нет, сэр, хотя и он не сказал ничего плохого ни о вас, ни о “Стойком”, когда я сообщил о своих намерениях.

 – И не должен был, – сказал Луинес. – Он предоставил мне кредит, должен добавить – под разорительные проценты, и помог закончить оснащение корабля. Полагаю, он будет одним из самых заинтересованных в моем грузе лиц, когда я вернусь в Тикао.

 – Что это за груз?

 – Специи, – ответил Луинес. – Твой шпион сказал правду. Я намереваюсь пойти на восток через воды линиятов к островам, о существовании которых узнал в одном из рейсов. Там есть все виды специй, не только гвоздика и корица, которые пользуются на рынке бешеным спросом.

 Один рейс по опасным водам – и я и те, кто наймется на мой корабль, будут обеспечены на всю жизнь. Поэтому я приказал разделить трюмы “Стойкого” особыми переборками таким образом, чтобы можно было переставлять их и делать трюмы большими или меньшими помещениями в зависимости от перевозимого груза. Глаза его горели.

 – Этим объясняется и наличие пушек? —спросил Гарет.

 – Да. Жители тех островов не особо жалуют чужестранцев.

 – А как насчет работорговцев?

 – Обычно они меня не слишком беспокоят, так как у меня установились с ними… приемлемые, пусть и не приносящие радость, отношения. Впрочем, есть исключения. Линияты – очень независимые люди. Если мы не сможем уйти от них… применим упомянутые тобой пушки. Не думаю, что им захочется связываться с нами. Кроме того, я нанимаю многочисленную команду, выйду в море, когда на борту будет сорок человек.

 Гарет свистнул. Для нормального управления судном требовалось вдвое меньшее количество людей.

 – Да, герн Раднор, я все хорошо обдумал. Я уже начал закупать продовольствие, что является для меня чистым наказанием, потому что я терпеть не могу иметь дело с купцами и цифрами. Я боюсь, что меня обманут, что куплю дрянь, которая так и останется дрянью в бочках, несмотря на дорогостоящие заклинания.

 – Я знаю надежных волшебников, – сказал Гарет.

 – Не сомневаюсь в этом, Раднор, ты уже приобрел определенную репутацию, несмотря настоль юный возраст. На самом деле я не сумел пока нанять ни казначея, ни его помощника.

 – Меня интересовала бы должность казначея.

 – А, амбиции.

 – Почему нет?

 – Действительно, – согласился Луинес.—Кто мы без амбиций, не более чем отбросы с камбуза.

 Он сообщил о зарплате и системе раздела прибыли, которые Гарет нашел удовлетворительными.

 – Я настаиваю только на одном, – продолжил Луинес. – Когда ты будешь подписывать договор, то найдешь в нем пункт о безоговорочном подчинении мне. Если ты не подчинишься в бою, я сам выбираю соответствующее наказание, Если ты не подчинишься в другой обстановке, то будешь закован в цепи и высажен на берегу, который я сочту обитаемым, вне зависимости оттого, есть на нем известные порты или нет.

 – Суровое правило, – заметил Гарет.

 – И рейс будет нелегким.

 – Все справедливо, как мне кажется, – сказал Гарет. – Я сталкивался с бунтом на корабле.