– Может быть, морской водой? Ничего.

 – Мне пришла в голову ужасная мысль, —произнес Лабала. – Если линияты хотели, чтобы мы занялись кровавым ремеслом…

 Гарет взял булавку со стола, проколол большой палец и помазал трубочку кровью. На мгновение ему показалось, что он борется со змеей, настолько быстро трубочка начала расти и извиваться, пока не превратилась в большую карту. Гарет развернул карту, увидел незнакомые надписи и масштаб, но узнал перешеек, соединяющий Линияти и Каши.

 – Спасибо, сэр, – произнес Лабала. – Счет я пришлю чуть позже. Если нужно что-нибудь еще, только поскулите.

 Он выскочил из каюты, хлопнув дверью, и загремел вниз по трапу, задыхаясь от хохота.

 “Стойкому” давно пора было уходить из этой тихой гавани рядом с островком. Рано или поздно рядом могли пройти линияты с зорким впередсмотрящим или любопытным магом на борту.

 Гарет долго изучал карты Келча, прежде чем принял решение устроить засаду рядом с городом Батан, который был единственным нанесенным на карту поселением на континенте Каши, к северу от Нуурата. Во-первых, он находился достаточно близко, во-вторых, в порт должны были заходить суда, на которые имело смысл напасть.

 Кроме того, рядом с портом точками были нанесены на карту острова, среди которых мог спрятаться имевший небольшую осадку “Стойкий”.

 Так он надеялся.

 Он сообщил команде о принятом решении, и все без исключения поддержали его. Гарету было приятно, но он знал, что если не будет богатой добычи или если команда понесет тяжелые потери, он станет простым матросом.

 Они подошли к континенту Каши далеко к северу от Нуурата, повернули на север и начали петлять среди островов. И тут вахтенный на грот-мачте заметил лодку.

 Свободные от вахты матросы столпились на носу, чтобы поглазеть на скользившее по проливу между двумя островами длинное каноэ с двумя аутригерами и треугольным парусом из рогожи. В лодке был один человек.

 На вахте стоял Техиди, который скомандовал “Стойкому” подойти к каноэ.

 – Может быть, у него есть фрукты, которые мы обменяем на хлеб.

 – Или обманем и дадим ему галет, – сказал один из матросов.

 – Он вряд ли рассердится, – подхватил еще один матрос. – Бедняга наверняка так давно не ел мяса, что червяки в галетах просто обрадуют его.

 В каноэ сидел темнокожий юноша с очень длинными, очень черными, собранными в пучок на затылке волосами, из одежды на нем была только цветастая набедренная повязка. Увидев приближающийся корабль, он схватился за веревки паруса и что-то запричитал высоким голосом.

 – Похоже, он молится. И вдруг стих ветер.

 Юноша бросил еще один взгляд на корабль и прыгнул за борт.

 – Какого…

 – Бедняга, – сказал Лабала. – Подумал, что такие корабли могут быть только у линиятов, и решил, что лучше утопиться, чем стать рабом.

 – Он прав.

 Гарет был уже на палубе. Техиди взглянул на него безумным взглядом, стянул штаны и рубашку и прыгнул в море.

 – Ради всего святого, – воскликнул Номиос, – что он задумал?

 – Решил поиграть в спасателя.

 Команда подбежала к борту. Каноэ почти поравнялось со “Стойким”.

 – Спустить паруса и разворот, – приказал Гарет. – Подойти к каноэ.

 – Есть, сэр, – ответил рулевой, а Номиосу явно стало стыдно оттого, что не отдал такую команду сам.