Наверно, умирай пожилой влюбленный – на четвереньках пополз бы к ножкам обольстительницы!

В коннату вошли Петенька и Хвост.

– После завтрака полезна прогулка по свежему воздуху, – менторским тоном оповестила собравшихся Красуля. – Петенька, подгони тачку. Как всегла, ты – за рулем, рядом Хвост. Мы с муженьком – на заднем сидении. Одно условие – не подглядывать, не поворачиваться!… Пойдем, Мишенька, переоденемся – не в халатах же гулять по городу?

Переодевание много времени не заняло, через четверть часа «молодожены» в сопровождении шестерок ехали к назначенному месту. Головка Надежды Савельевны лежала на плече «супруга», дрожащая ручка оглаживала его колено. Хвост не оборачивался, скучающе изучал давно ему известные уицы и переулки. Петенька попрежнему лихачил.

Не успел белый «мерс» припарковаться к тротуару неподалеку от жилого пятиэтажного дома сталинской постройки, к нему подошел Купцов. Носовой платок прижат к лицу, несмотря на теплую погоду, шея обмотана шерстяным шарфом. Не спрашивая разрешения и не здороваясь, уселся рялом с Красулей. Недоуменно оглядел сидящего по другую сторону от него мускулистого мужчину.

– Не подумай плохого – новый мой компаньон, – промурлыкала женщина. – Ты не забыл о моей просьбе, дружок?

– Нет, не забыл. Но пока ничего обнадеживающего сказать не могу…

– Спасибо, за то, что помнишь. А теперь – забудь. Тогдашнего разговора между нами не было. Зато выполни еще одну, взамен прежней…

– Я уже говорил – сделаю все, что в моих силах! – с некоторым надрывом просипел подполковник.

– Спасибо, еще раз спасибо, дорогой. Какая просьба? Меньше моего мизинца. Устрой так, чтобы завтра утром на Дмитровском шоссе не было ни патрульных, ни местных ментов… На каком километре? Забыл, дружочек, – укоризненно покачала Красуля головкой, одновременно послала любовнику воздушный поцелуй. – В прошлом месяце мы с тобой проезжали мимо и устроили на полянке легкий перекус… Вспомнил?… Хочешь сказать, мало времени для выполнения моей просьбы? Так это – твои проблемы, мужские. Хочешь пообщаться со мной – сделаешь.

Емкое словечко «пообщаться» выдано почти по буквам. Федоров насторожился. Ревность выпустила скользкие щупальцы с острыми коготками и принялась царапать едва зародившееся в сознании чувства «первопроходца». По возврашению он не выдержал.

– С кем говорила?

Красуля поколебалась, но все же ответила.

– С ментом. Но об этом тебе лучше не знать.

– Почему?

– Есть причины… Не ревнуй, милый, – рассмеялась Надежда Савельевна, увидев вытянутую физиономию компаньона. – Ничего мент у меня не получит. И не только он – все мужчины, кроме тебя. Нет их, понимаешь, выпали в осадок, растворились в других бабах, провалились в преисподнюю… Один только ты – мой повелитель.

Красуля говорила долго и горячо и сама все больше и больше возбуждалась. Лицо пылает румянцем, на шее и верхней части груди расцвели красные пятна, в глаза будто капнули масло.

– Мент, с которым говорила, – нужный человек. Не мужчина – типичная баба, но много знает из того, что варится на кухне в уголовке… А ты – настоящий мужик, сильный, могучий, гордый… Хочу стать былинкой у твоих ног, лозой, обвивающей твой стан… И днем. и ночью…

Кто знает, чем закончился бы завтрак – скорей всего дамочка перетащила бы недавно обретенного любовника на диван. Помешало появление Петеньки и Хвоста. * * *

– Я хочу, чтобы от моего мужчины не существовало секретов, – пришла в себя Красуля. – Поэтому познакомься – мои ближайшие советники и помощники.