Лёва совсем обнаглел:

– А можно мы посмотрим, пока ваши коллеги не подъехали?

Я поглядел на друга, как на умалишённого.

– Пацаны, вам тут цирк что ли? – возмутился офицер. – Посмотреть, блин! Ну, смотрите, если яйца есть.

Лёва обошёл джип и заглянул в подъезд. Я и полицейский ждали его реакции.

– Твою мать! – что-то изменилось в глазах моего друга. Он был в глубоком шоке.

– Вот-вот! – офицер затянулся и выдохнул густой пар.

Я уже это представил, думал, что готов и тоже пошёл смотреть. Но я не ожидал увидеть такое…

На ступеньках лежали две человеческие туши. Мужчины. Голые, распоротые от горла до паха, бескровные и пустые. Вычищенные до рёбер и позвоночника. Лица, как латексные маски: в прорезях глаз пусто, губы вывернуты, рты раскрыты, языков нет.

Увиденное потрясло меня сильнее, чем я ожидал. Постовой и Лёва глядели мне в лицо. Я хотел с ними заговорить, проявить эмоцию, но не смог. Лицевые мышцы не слушались.

Сразу двое выпотрошенных… Ни один зверь не сделал бы такого. А человек бы сумел? Маньяк вечной мерзлоты… Я больше не мог его представить. Воображение являло чудовищ из рассказов моего друга.

Лёва не упрекал и не припомнил моих насмешек. Тем вечером, мы убедились, что в наши дома пришло худо.

***

И не бродить бы по улицам, и не показываться бы в собственном подъезде. Но куда я денусь?

Мне повезло, что я заметил их раньше, чем они успели затаиться в моём доме. Мне повезло, что я не оказался во дворе минутой позже.

Они двигались, как метель, как приземный ветер. Шли петляя и раскачиваясь, постоянно меняясь местами, как стаканы в игре кручу-верчу.

Трудно было их сосчитать. Четверо или пятеро. Тонкие одинаковые фигуры с непокрытыми блестящими головами, одетые в тёмные мантии. У нас и летом не ходят так легко!

Они стройным рядом скользнули в дверь. Я поймал дверь до того, как она закрылась… Нет их! Передо мной был пустой подъезд.

Куда подевались эти шароголовые в тёмных тряпках?

«Исчезли как призраки!», – думал я, пока не посмотрел вверх.

Они висели на потолке вниз головами. Их ноги – когтистые лапы, крепко вцепились в трещины штукатурки.

Моё счастье, что я не переступил порог. Они ждали! На меня смотрели несколько пар чёрных глаз. Лица как у людей, но глаза целиком чёрные, бездонные.

Домой не зайти и на улице лютый мороз… Я позвонил Лёве, сказал:

– Они здесь! Висят в моём подъезде!

Друг посоветовал, как можно скорее бежать к нему. Я предупредил мать по телефону, чтобы она не выходила из квартиры и постаралась передать соседям то же самое.

– Это удача! Никто не пережил встречу с ними, кроме тебя. Я бы тоже хотел их увидеть, – Лёва то ли всерьёз мне завидовал, то ли просто пытался успокоить.

Я не испытывал ни капли восторга. Знал, что мне никогда не забыть те хищные глаза. Они хотели меня убить и выпотрошить.

В тот вечер им попался другой человек. Он и не жил в нашем доме, а приехал к своей девушке. Парень оставил машину на парковке, но к подруге так и не поднялся. Его нашли на первом этаже. Вернее, то, что от него осталось. Пустая оболочка: без крови, без внутренностей. Одежда изорвана в лоскуты.

Эта участь была уготована мне, но я вовремя заметил опасность и уступил ему очередь на смерть. Ужасно!

Я и Лёва решили, что должны предупредить как можно больше людей. Мы создали анонимный канал, где публиковали всю известную нам информацию.

Но и когда у нас появились несколько сотен подписчиков, а молва разошлась по всему городу, появлялись всё новые и новые жертвы. То в одном, то в другом районе в подъездах находили пустые тела.