– Тогда в чем дело?

– В деньгах, – говорит Ева, откровенно, как сами деньги. – Он хорошо заботился о Марте, в финансовом отношении, но в последние месяцы что то пошло не так. Она знала, что были проблемы, но не знала, что все так серьезно.

Пауза. Эхо маленькой комнаты, Ева одна в доме своей дочери.

– Мне очень жаль, – говорит Анна. – Прости за сегодня.

– Я знаю, что тебе жаль. Конечно, тебе жаль. Я не ожидала, конечно, что мы возьмемся за руки и все вместе войдем в новый год. Но мы же семья, в конце концов. И если уж говорить откровенно, во всем виноват Эндрю. Но я думаю об этом с тех пор, как ты ушла. Мне нужно тебя кое о чем спросить.

– О чем?

– Я хочу знать, ты увидишь его еще раз?

– Кого?

– Человека, с которым работала. Джона Лоу. – Мимо проносится машина, слишком ярко и быстро. Анна отшатывается. Она не может дышать, сердце будто набирает скорость. – Ты подслушивала?

– Я не видела на двери никаких табличек «Секретный Разговор»…

– Ну, так это был секретный разговор.

– Но теперь это неважно, правда? Ты с ним увидишься?

Вдоль дороги тянется низкая ограда. За ней обрыв, за ним высокий подлесок ныряет в непроницаемую мглу. Анна садится спиной к листве. Дрожит. Пальто в машине.

– А что?

– А то, – говорит Ева, – что Марта сказала, вы с ним поладили. А этот человек бросил твою сестру в беде.

На секунду она приходит в замешательство, не только от фразы, но и от самой ситуации. Насколько она помнит, у Марты никогда не было неприятностей, ничего серьезного, никогда не распускалась и не сдавалась.

– Что ты…

– Анна, – говорит мать, пытаясь сохранять терпение, но голос срывается в отчаянии и замешательстве. – Все просто. Эндрю биржевик. Он плохо сыграл, ошибся, и теперь ему нечем заплатить долги. Сумма, впечатляющая по любым меркам, она проглотит дом и Марту вместе с ним. Марта очень хороший адвокат, когда нибудь может стать судьей, так все говорят, но у нее всегда было туго с деньгами, а банкроты адвокаты судьями не становятся. Марта с Эндрю жили на широкую ногу, постоянно перезакладывали имущество, а мне как то не верится, что Марта найдет работу, которая вытащит ее из долгов, это и в лучшие времена было сомнительно, а сейчас времена далеко не лучшие. Эндрю забрал почти все их сбережения и на удивление умело замел следы. Твоей сестре нужна помощь. Ей нужно время. Ты слушаешь?

– Да.

– Ты понимаешь, о чем я?

– Да, – Анна кивает пустоте, деревьям, холодной дороге. – О том, что мы должны ей помочь. Мы с тобой. – Но она уже знает: мать совсем не о том.

– Не глупи. Мы? Тебя никогда не заботили деньги, а я никогда особо не старалась их беречь. У нас нет денег, Анна, это очень просто. Но есть люди, у которых они есть. Люди, которые больше ни о чем не думают.

– Джон не такой, – говорит она. – Ты об этом?

– А ты как думаешь?

– Я не знаю, потому и спрашиваю, я просто не могу… – Она давит гнев, не дает ему вырваться. В голове знакомое ощущение дрейфа, как в замедленной съемке: Эрит Рич, машина, девочка на дороге. – Ты хочешь сказать, что Джон Лоу должен дать нам денег?

– Не должен. Должен  – ужасное слово. Мог  бы. Он может  их дать, если захочет. – Обида и оборона. – Не то чтобы он не мог без них обойтись.

Она пытается думать, вполуха слушая нетерпеливое дыхание матери.