пустыне  и  знал,  что там часто можно найти воду, если копать в выгибе луки

пересохшего речного русла. Так он и сделал, и они оба напились.

     Нашедший воду сказал своему спутнику:

     - Ну, кто из нас мудрец?

     - Я,  -  ответил  второй. - Потому что я привел тебя с собой в пустыню,

тогда как ты взял в спутники дурака.

                                                  Мудрость Диакона, глава VI

     Амазига  встретилась  с  сыном  на  перекрестке  дорог  за Доманго. Она

улыбнулась,  когда  он  подъехал,  и  помахала  ему.  Он  был  красив, более

худощав,  чем  его  отец,  но  его отличали природная грация и уверенность в

себе. Сердце Амазиги преисполнилось гордости.

     - С  ним  все  сошло благополучно? - спросил Гарет, наклонясь с седла и

целуя Амазигу в щеку.

     - Да. И он согласен.

     - Видела  бы  ты,  мама,  как  он  вышел  на  улицу  и  вызвал Диллона.

Потрясающе!

     - Он  убийца.  Кровожадный  варвар!  -  оборвала  Амазига, раздраженная

восхищением в его тоне. Гарет пожал плечами:

     - Кровожадным  варваром  был  Диллон.  Теперь  он  мертв. Не жди, что я

стану его оплакивать.

     - И  не  жду.  Но  я  никак  не  думала,  что  мой сын возведет в герои

человека  вроде  Йона  Шэнноу.  Ну  да  ты  странный мальчик, Гарет. Почему,

получив образование в современном мире, ты пожелал жить в подобном месте?

     - Здесь не соскучишься.

     Она с бессильной досадой покачала головой и повернула лошадь.

     - Времени мало, - сказала она. - Надо поторопиться.

     Они  галопом въехали в каменный круг. Амазига подняла камешек, и вокруг

них вспыхнуло фиолетовое сияние.

     Впереди  возник  дом,  и  они  направили  лошадей к загону. На изгороди

сидел Шэнноу. Он поднял голову и кивнул в знак приветствия.

     Амазига спрыгнула с седла и открыла ворота загона.

     - Расседлай лошадей, - велела она Гарету. - Я нагружу джип.

     - Никакого джипа, - сказал Шэнноу, слезая с изгороди.

     - Что?

     - Мы поедем на лошадях.

     - Джип  способен  двигаться  втрое  быстрее лошадей. В мире Кровь-Камня

ничто не сможет его догнать.

     - И все-таки мы его не возьмем, - сказал Иерусалимец.

     Ярость Амазиги вырвалась наружу.

     - Да  кем ты себя вообразил, черт побери? Здесь командую я, и ты будешь

делать то, что скажу я! Шэнноу покачал головой.

     - Нет,  -  сказал  он  мягко, - вы здесь не командуете. Если вы хотите,

чтобы  я  вас  сопровождал,  седлайте  свежих  лошадей.