кружной путь у нас нет.

     Шэнноу  встал  и обследовал уступ. Нигде ничего. Амазига присоединилась

к  нему,  и  они  осмотрели  уступ  уже вместе. Тянулись томительные минуты,

затем сверху донесся треск выстрелов - оглушительный, непрерывный.

     - Ты  прав,  -  сказала  она  наконец усталым от отчаяния голосом. - Мы

ничего сделать не можем.

     - Погодите,  -  перебил  Шэнноу. Отцепив от пояса пистолет, он протащил

конец  веревки  сквозь  предохранительную скобу спускового крючка и туго его

завязал.  Отступив к краю уступа, он взялся за веревку ближе к другому концу

и  начал  раскручивать  ее над головой. Амазига посмотрела вверх. Примерно в

двадцати  пяти  футах  над  ними,  там, где навес был поуже, торчал каменный

палец.  Шэнноу  взял  веревку  за  самый  конец,  снова раскрутил пистолет и

наконец  запустил  его  вверх.  Пистолет  застучал по навесу и упал, таща за

собой  вниз  веревку,  захлестнувшую  камень.  Шэнноу  поймал его, отвязал и

убрал в кобуру.

     - Ты думаешь, он выдержит твой вес? - спросила Амазига.

     Шэнноу трижды подергал сдвоенную веревку и натянул ее.

     - Будем надеяться, - ответил он. И полез наверх.

                                   * * *

     Гарет  изнемогал  от  гнева.  Смуглая женщина перерезала веревку, потом

велела ему заложить руки за голову встать.

     - Да послушайте же, - сказал он. - Я здесь, чтобы...

     - Заткнись!  - прикрикнула она, и он услышал щелчок взводимого курка. -

Иди и помни, что я позади тебя и что мне уже приходилось убивать.

     Она  не  отобрала  у  него  оружие, что указывало либо на уверенность в

себе,  либо  на  глупость.  Гарет  выбрал  уверенность.  Он послушно пошел в

сторону  поляны,  где  десятка  два  мужчин  с ружьями в руках укрывались за

валунами  и  упавшими  деревьями.  На  их  шаги обернулся высокий чернокожий

мужчина.

     - Я  нашла  этого...  эту  тварь,  - яростно сказала смуглая женщина, -

когда  он  влез  по  веревке  на  обрыв  позади нас. Там были и другие, но я

перерезала веревку.

     - Да,  перерезала,  -  сказал  Гарет,  -  и,  наверное, убила одного из

немногих  твоих  друзей  в  этом  мифе,  Сэм.  Глаза  чернокожего  удивленно

расширились.

     - Я тебя знаю, малый?

     - В  определенном  смысле.  -  Небо утренне светлело, дождь кончился. -

Погляди на меня повнимательней, Сэм, кого я тебе напоминаю?

     - Кто ты? - спросил Сэмюэль Арчер. - Отвечай без загадок.

     По  изумлению  на  его  лице  Гарет  заключил,  что  он хотя бы отчасти

догадался о правде.

     - Мою мать зовут Амазига, - сказал он.