Джон взглянул на часы: 10.31. Если бы у него хватило сил подняться с этого пуфа, у него был бы еще целый час, чтобы поработать перед встречей с Трейси, на которой они будут обсуждать, как ужасно прошли выходные. Несмотря на избыток женщин, которым ему пришлось нанести визиты, в это воскресенье он хотел быть особенно внимательным к Трейси. В День матери у нее всегда тяжело на сердце. Не говоря уже о статье. Он совсем забыл о статье! Она послала ее по электронной почте. Материал был классный, но никогда не знаешь, в каком виде его напечатают в газете. Джон так закрутился, что не смог ни купить «Сиэтл тайме», ни взглянуть на нее. Пожалуй, он сделает это по пути в «Хижину Джаббы».

Единственной частью его жизни, которая поддавалась планированию, была работа. В отличие от Трейси Джон успешно делал карьеру. Он уважал свою начальницу, сумасбродную женщину, которая работала здесь с самого начала проекта «Уникорн». Белла была потрясающей, его работа была потрясающей, и деньги он получал потрясающие. Теперь Джону был поручено управление проектом «Парсифаль», и если он справится, то взлетит выше некуда. И он вполне мог справиться. «Парсифаль» было кодовое название проекта, за который Джон начал бороться, как только пришел работать в фирму, уже почти шесть лет назад. Он пытался объединить беспроводную технологию ноутбуков, телевизоров и сотовых телефонов, чтобы получить продукт нового поколения, при этом нельзя было допустить утечки информации – одни рабочие группы не должны были знать, чем занимаются другие. Этот проект мог вознести Джона или сломать и заполнял его жизнь до последней секунды.

В последние три четыре года у Джона совершенно не было времени для личной жизни, и даже когда оно находилось, жизнь эта была весьма далека от совершенства. Он снова вспомнил об ужасном пятничном вечере, за которым последовал еще худший субботний, и содрогнулся. Он объяснял неудачи в своей личной жизни напряженной работой. Но, возможно, одной из причин, по которой он работал день и ночь, было то, что ему это давалось намного проще, чем общаться с противоположным полом. Когда он пытался, как в этот раз, случалось то, что случилось.

Джон застонал и заерзал на пуфике. Кофейный трон изогнулся как раз под нужным углом. Ему не хотелось больше ни о чем думать и не хотелось смотреть, сколько сообщений он получил по электронной почте за те сутки, пока его разочаровывали женщины и он развлекал своих матерей, родную и неродных. Его ждала работа. Джон глубоко вздохнул. Каждый из его подчиненных считал свои проблемы самыми сложными и был не готов решать их без его помощи или в крайнем случае одобрения. Джон снова вздохнул. Он любил свою работу. Джон принялся разбирать почту – получаса должно было хватить. Завтра утром будет на одно дело меньше. Но в одиннадцать тридцать он обязательно уйдет. Он всегда считал встречу с Трейси своим самым главным делом за всю неделю.

Глава 6

«Хижина Джаббы» была одним из многочисленных кофейных заведений Сиэтла, но для Джона принципиально отличалась от всех остальных. Заведение было наполнено воспоминаниями о сотнях полуночных встреч с Трейси. Пятьдесят одна неделя в году семь лет подряд. С того момента, как они встретились на уроке французского и начали помогать друг другу, до этого дня, именно здесь, над мокаччино, они ссорились, занимались, смеялись, подкалывали друг друга и даже плакали (он недолго и только раз, она подольше и не меньше дюжины). Теперь Джон сидел здесь, покончив на какое то время с работой и с матерями. Он ждал, когда появится Трейси.

Джон держал перед собой развернутую газету и покачивал головой, отмечая разрушительную работу, которую проделал над статьей Маркус.