– Но если все таки получится?

Он повернулся, посмотрел на нее и хищно улыбнулся.

– Я сделаю все, что ты хочешь. А что, если ты проиграешь?

Трейси немного подумала.

– Тогда ты сможешь пользоваться моей квартирой как бесплатным отелем, где ты ночуешь, бросаешь грязное белье и ешь, но никогда не убираешь постель и не моешь посуду. – Она еще немного помолчала. – Слушай, но ведь ты уже так и делаешь.

Фил сел на постели.

– Я тебе говорил, что близкие отношения – настоящая обуза для музыкантов. Ты знала, на что шла. Правда? – Трейси кивнула. – Такие отношения напоминают ванну.

– Что? – не поняла Трейси.

– Ну, понимаешь, сначала хорошо, а потом вода остывает.

– Ты так думаешь о наших отношениях? Что они уже остыли? – спросила Трейси, вставая с кровати. Если он так думает, он ей не нужен.

– Нет, крошка, – сказал Фил успокаивающе. – Как ты могла подумать такое после сегодняшнего вечера?

Он притянул Трейси к себе, но ее тело оставалось напряженным.

– Эй, я просто дразнил тебя. Смотри. Я тебе кое что принес.

Фил протянул руку. На его ладони лежала черная бархатная коробочка. Сердце Трейси радостно забилось, и она бросилась ему на шею.

– Ой, Фил! – выдохнула она, с трепетом открывая коробочку.

* * *

Трейси стояла перед зеркалом в дамской комнате «Сиэтл таймс» и сосредоточенно красила ресницы, когда туда заглянула Бет. Под глазами у Трейси залегли темные круги. Они с Филом не спали до четырех: ссорились, занимались любовью, снова ссорились. «Мне давно пора подстричься, – ужаснулась она. – Нужно срочно звонить Стефану и умолять его выкроить для нее время».

– Ну и что дальше? – спросила Бет.

– Ну, он начал говорить: «Мне нужно свое пространство».

Бет вздохнула.

– Моя мама как то сказала, что парнями, с которыми я встречалась и которым требовалось собственное пространство, можно набить целый склад.

Дверь в дамскую комнату открылась, и вошла Эли сон, высокая блондинка, которая была вчера в «Космо» и легко выиграла бы состязание на конкурсе двойников юной Шерон Стоун. Бет и Трейси посмотрели на нее с одинаковой враждебностью. Она встала рядом с ними у зеркала.

– Привет, – сказала Элисон, неизвестно зачем поправляя свои идеально уложенные волосы.

– Привет, – хором отозвались Трейси и Бет одинаково неохотно.

Наступило молчание. Элисон продолжала возиться с волосами.

– После этого, – продолжила Трейси, – Фил сказал, что хочет на мне жениться, а я ответила, что не так хорошо его знаю и не уверена, что он мне подходит. Но кольцо я все таки взяла, – говорила Трейси, обращаясь к своему отражению в зеркале.

Бет прекратила красить губы и чуть не уронила помаду.

– Он сделал тебе предложение? – спросила она. – То есть он решил на тебе жениться?

Трейси украдкой взглянула на отражение Элисон, которая наконец закончила поправлять безукоризненную прическу.

– Пока, – сказала Элисон.

– Пока, – эхом откликнулись Бет и Трейси, когда Элисон уже выходила из туалета.

– Фил подарил тебе кольцо? – спросила Бет, когда дверь была плотно закрыта. – По настоящему?

– Нет, это только для ушей Элисон, – призналась Трейси. – Фил дал мне коробочку для колец. Внутри лежал медиатор для игры на гитаре.

– Как медиатор?

Трейси заговорила голосом Фила, пытаясь превратить свое разочарование в шутку:

– «Это мой первый медиатор. Я не знал, что он не нужен для бас гитары».