– Он не умный, – возразила Трейси. – Вернее, он умный, но в таких вещах, которые не имеют отношения к реальной жизни. Знаешь, он вырос без отца, – добавила Трейси. – Я считаю, что все мальчики, которых воспитывают только матери, ущербные.

Лаура заглянула подруге в глаза и вопросительно подняла бровь.

– Так же как девочки, которых воспитывают отцы? – спросила она.

Трейси в ответ потрясла головой, как в школьные годы, и сказала:

– Ладно, я не буду обобщать, но ты поняла, что я имела в виду.

– Конечно, я поняла. А ты сама?

Трейси пожала плечами:

– Что я?

Лаура засмеялась и покачала головой.

– Ты загадка для себя самой, – сказала она своей лучшей подруге.

Глава 14

Трейси сидела за столиком напротив Джона и смотрела на него так, как художник мог бы смотреть на чистый холст. Если бы он был чистым холстом, думала она, ее задача намного бы облегчилась. С одеждой у него было все в порядке: черная майка от Армани, изысканный кожаный пиджак из секонд хенда и левисовские ботинки. Но все это не складывалось в общую картину. Стандартная стрижка, очки, осанка выдавали его. В нем не было загадки. Трейси знала; что он закажет, как он будет это есть. Абсолютно несексуально.

«Может быть, Фил и прав, – подумала она. – Я никогда не выиграю это пари, не говоря уже о том, что не напишу статью о превращении программиста в супермена».

Но Трейси никогда не боялась трудностей. Жизнь не баловала ее подарками. Ей нелегко приходилось в университете и стоило больших трудов устроиться в «Сиэтл тайме». Еще одна сложная проблема, только и всего. Трейси вздохнула.

– Итак, начнем, – сказала она Джону. – Обычно, когда люди встречаются, они идут в ресторан. Тебе нужно к этому подготовиться.

– Как это? – удивился Джон. – У меня всегда с собой кредитка, что еще нужно?

– Нет, я говорю не об этом. Ты должен быть готов вести себя… соответственно. Женщины замечают все. Ты должен следить за тем, что ты ешь. – Трейси быстро записала эту мысль в своем блокнотике.

– Что я ем? – как эхо, повторил за ней Джон. – Что ты имеешь в виду?

Трейси вздохнула и начала снова.

– Никогда больше не заказывай яйца пашот или салат из морской капусты. Яйца пашот – это несексуально.

– Понимаешь, вообще то я не очень люблю яйца пашот, – неожиданно признался Джон. – Мне просто нравится, когда Молли кричит: «Адам и Ева на плоту». Это звучит так романтично.

– Только для тебя, – отрезала Трейси. – Яйца пашот – это еда для детей или больных, но не для мужчин.

Джон уставился в потолок, словно надеясь прочитать на нем разрешение есть яйца пашот. Наконец он раздраженно спросил:

– Ладно, ну а что плохого в салате? Я в нем даже курицу не ем. И мне нравится салат.

– Но ты же хочешь, чтобы за первым свиданием последовало второе? – лукаво спросила Трейси, наклоняясь к нему.

С этим Джон не мог не согласиться.

– Нет возражений.

Трейси улыбнулась. Ученик имеет цель и уважает педагога. Может быть, при помощи кнута – ее неодобрения – и пряника – надежды на будущий секс – его удастся научить нормально себя вести.

– Итак, продолжим. Вот что ты должен понять: когда женщина оценивает тебя, очень важно, что именно ты ешь. Особенно, если это первое свидание.

Трейси откинулась на спинку стула.

– Во время еды ты должен произвести впечатление сильного и сдержанного человека. Раскованного, но слегка углубленного в себя.

Джон смотрел на нее круглыми глазами.