– Рассказать ей, как выращивают телят?

– Только не это! Никаких лекций! – оборвала его Трейси.

– Хорошо, успокойся. Это тест, правильно? Я провалился, – признал Джон. – Дай мне еще одну попытку.

Он помолчал, обдумывая ответ, и сказал басом:

– Прекрасный выбор, я закажу то же самое.

Трейси недовольно поморщилась и отрицательно покачала головой:

– Нет, не так. Ты удивленно смотришь на нее и говоришь: «Слушай, неужели ты действительно это закажешь? Тебе не кажется, что это слишком калорийно?»

Джон молча смотрел на нее, словно ожидая дальнейших объяснений. Но их не последовало.

– Почему я должен это говорить? – спросил он наконец.

– Чтобы задать тон вашего общения. Чтобы сразу поставить ее в невыгодное положение. Чтобы дать ей понять, что ты обратил внимание на ее бедра. Наконец, чтобы заставить ее думать, что она недостаточно хороша для тебя.

– И все это произойдет, если я скажу, что телятина слишком калорийна? – недоверчиво спросил Джон.

– Конечно, – подтвердила Трейси. – Женщины – во всяком случае, большинство женщин в нашей стране – считают, что они слишком толстые. Каждый кусок, который мы проглатываем, вызывает чувство вины. Ты должен это использовать.

В этот момент снова появилась Молли, неся на подносе пиво и две пустые тарелки.

– Я тут слышала ваш разговор. Хочу немного помочь. Представь, что я настоящая официантка, которая принесла настоящее пиво, и одновременно воображаемая официантка, которая принесла воображаемую еду, но не телятину под сыром.

Молли поставила перед каждым из них по пустой тарелке и посмотрела на Трейси с непередаваемым выражением.

– Так вот: Кафка тебе и в подметки не годится.

– Не обращай на нее внимания, – сердито сказала Трейси. – Итак, следующий вопрос: что ты скажешь официантке?

Джон поколебался:

– Ничего. Ты только что сказала, чтобы я не обращал на нее внимания.

– Я имела в виду Молли, – сказала вконец раздосадованная Трейси.

Больше всего ей хотелось, чтобы Молли прекратила вмешиваться и ушла.

– Вот что ты должен сделать с воображаемой официанткой. Ты скажешь: «Подожди минуточку. Встань ка сюда». А потом обратишься к своей девушке: «Правда, у нее красивые глаза? Я ни у кого еще таких не видел».

– Наконец то вы их заметили, – кивнула довольная Молли.

Джон смотрел на Трейси с таким выражением, как будто она предложила ему прокатиться на лягушке.

– Подожди ка, – попытался он разобраться. – Ты предлагаешь мне сказать официантке, что у моей девушки красивые глаза?

Трейси нетерпеливо затрясла головой.

– Да нет же! Я предлагаю тебе сказать твоей девушке, что у официантки красивые глаза. Это или разозлит ее, или приведет в восторг. А скорее и то и другое. – Она на минутку задумалась. – Вообще то женщины часто не отличают одно от другого.

– Я отличаю, – вставила Молли.

– Отлично! Молли отличает. Но ты будешь там не с Молли, – едва сдерживаясь, сказала Трейси.

Она просто мечтала, чтобы Молли оставила их в покое раз и навсегда. Она и наедине с Джоном была не слишком уверена в бесспорности своих советов, но в присутствии Молли они казались совершенно абсурдными.

– Итак, – мужественно продолжала она, – я говорю о нормальных девушках. Теперь мы перейдем к тонкому искусству комплиментов.

Трейси быстро нацарапала на желтом листочке: «Комплименты».

– А я почему не могу записывать? – заныл Джон.