– Теперь и словом не перекинешься, – почти прижавшись губами к ушку Лилии, проговорил Станислав Михайлович и почувствовал запах простеньких духов.

Метрдотель усадил их за столик прямо перед эстрадой, на которой в световом ореоле появилась певица. Лилия устремила на нее неотрывный взгляд и стала покачивать головой в такт популярной песни.

Пшеничный тоже покачивал головой в такт, но не мелодии, а своим размышлениям.

«Все ясно! И разузнавать нечего. Ее выдали духи! Хищница, ловкая обманщица, охотница за богатыми любовниками или мужьями никогда бы не пошла на это. Все, что угодно: бельишко скромное, платьишко с турецким шиком, но паршивенькие духи – увольте. Их носы все вытерпят, но только не запах дешевого парфюма. Вот, во всем и во всех я ищу двойное дно, – опять напустился на себя Станислав Михайлович. – С чего мне вообще в голову взбрело, что она именно таким способом решила ко мне подобраться? Действовала бы напрямик, а то, мама, пагубный пример соседки… – Пшеничный с нежностью перевел взгляд на тонкую, точно стебелек, шею Лилии. – Милая, чистая!»

– Стас! – вывел Пшеничного из созерцательной задумчивости возглас его приятеля, известного бизнесмена. – Потихоньку вошел и не стал ни с кем здороваться, – протягивая свою широкую ладонь, с добродушием подвыпившего человека говорил тот.

Его взгляд остановился на Лилии. Он понизил голос и, наклонившись к Станиславу Михайловичу, шепнул:

– Теперь понимаю. Черт возьми, славная девчушка. Давно она у тебя?

В глазах Пшеничного заметалось возмущение. Он потянул приятеля за руку и усадил рядом с собой.

– Она не из тех, о ком ты подумал.

– Да? – с большим сомнением переспросил бизнесмен, разглядывая Лилию в свете мерцающих огней. – А где ж ты ее откопал, не такую?

– В самом прозаичном месте.

К ним подошли еще двое знакомых.

– Пригласи Марианну за столик, – обратился бизнесмен к одному из них.

Тот отрицательно покачал головой:

– Нежная на вид, стальная на принципы. «В клубах никогда и ни с кем».

– Ну и черт с ней! – поморщился бизнесмен и, жестом подозвав официанта, что то тому шепнул.

Не успела Марианна покинуть эстраду, как ей передали большой букет роз. Она прижала его к груди и с искренней благодарностью окинула взглядом зал.

– Каждый может обидеть артиста, – заметил бизнесмен, – но и каждый может осчастливить! – назидательно поднял он палец.

Лилия, невольно привлеченная громким разговором, стала рассматривать друзей Пшеничного. Станислав Михайлович не преминул похвастаться их именами.

– Я уважаю людей, которые сумели пробиться в жизни, – от души произнесла она заезженную фразу.

И тут Пшеничного осенила одна не совсем достойная мысль: оставить на некоторое время Лилию одну, а самому подсмотреть, как она будет вести себя, попав в созвездие московского бизнеса. И, словно по заказу, появился Фил, красивый молодой человек, занимающийся рекламным бизнесом. Станислав Михайлович подскочил с кресла и поспешил перехватить Фила перед самым носом устремившихся к нему девиц.

– Давно не виделись! Как дела? – тянул он его к своему столику. – Давай за встречу!

Фил, ничего не имея против, весело помахал девицам рукой, мол, подойду попозже, и присел рядом с Пшеничным.

– Да, Фил, познакомься. Это Лилия! – точно спохватившись, воскликнул Станислав Михайлович.

Лилия, услышав свое имя, повернула голову и встретилась взглядом с молодым человеком. Он привстал и представился:

– Фил!

– Очень приятно, – улыбнулась Лилия.

– Три мартини, – бросил Фил официантам, не отводя глаз от девушки.