|
- Бесценный вы мой! - вскричал пан Томаш, бросаясь ему в объятия. - Видите ли, дорогой, - прибавил он, успокоившись, - я как раз думал: не можете ли вы достать где-нибудь для меня ссуду, чтобы расплатиться с ростовщиками... примерно под семь, шесть процентов? Вокульского позабавила наивность пана Томаша в финансовых делах. - Разумеется, - ответил он с невольной улыбкой. - Разумеется, вы получите ссуду. Отдадим этим евреям тысячи три, а вы заплатите процентов... ну, сколько? - Семь... шесть... - Хорошо, вы будете выплачивать сто восемьдесят рублей в год, а капитал останется цел. Пан Томаш опять (в который уже раз!) заморгал веками и прослезился. - Славный... благородный человек! - воскликнул он, обнимая Вокульского. - Бог мне послал вас... - А вы думаете, я могу поступать иначе? - чуть слышно проговорил Вокульский. В дверь постучали. Вошел Миколай и доложил о приходе докторов. - Ага! Сестра все-таки прислала этих господ. Боже мой! Никогда в жизни я не лечился, а сейчас... Прошу вас, пан Станислав, пройдите теперь к Белле... Миколай, доложи барышне, что пан Вокульский пришел. "Вот моя-награда... жизнь моя!" - подумал Вокульский, следуя за Миколаем. В прихожей он столкнулся с докторами; оба оказались его знакомыми, и он горячо просил их повнимательней заняться паном Томашем. В гостиной его ждала панна Изабелла. Она слегка побледнела, но от этого была еще прекраснее. Вокульский поздоровался с нею и оживленно заговорил: - Я очень счастлив, что вам понравился венок для Росси. Он запнулся. Его поразило странное выражение ее лица: панна Изабелла глядела на него с недоумением, словно видела его впервые в жизни. С минуту оба молчали; наконец панна Изабелла, стряхивая пылинку с серого платья, спросила: - Ведь это вы, сударь, купили наш дом? - И, прищурив глаза, пристально посмотрела на него. Вокульский был застигнут врасплох и в первое мгновение растерялся. Он вдруг потерял способность соображать и то бледнел, то краснел, но наконец, овладев собой, глухо произнес: - Да, я купил. - Зачем же вы подставили вместо себя еврея? - Зачем? - повторил Вокульский, глядя на нее с детской робостью. - Зачем? Видите ли, сударыня, я купец... а если б стало известно, что я вкладываю капитал в недвижимость, это могло бы подорвать мой кредит... - Вы уже давно интересуетесь нашими делами. Кажется, в апреле... да, в апреле вы приобрели наш сервиз? - продолжала она тем же тоном. Этот тон отрезвил Вокульского. Он поднял голову и сухо ответил: - Вы можете в любую минуту получить свой сервиз обратно. Теперь панна Изабелла опустила глаза. Заметив это, Вокульский опять смутился. |
