|
После завтрака подали экипаж; начали прощаться. На крыльце панна Изабелла шепнула на ухо Вонсовской: - Пора бы тебе, Казя, сжалиться над этим бедняжкой... - О ком ты? - О твоем тезке. - Ах, о Старском... Посмотрим. Панна Изабелла подала руку Вокульскому. - До свидания, - сказала она значительно. Экипаж тронулся. Все собрались на крыльце и глядели ему вслед; вначале он ехал прямо, потом обогнул пруд и скрылся за холмом, потом снова показался вдали и, наконец, исчез совсем, оставив на дороге только облако желтой пыли. - Прекрасная погода, - сказал Вокульский. - Да, очень хорошая, - подтвердил Старский. Вонсовская из-под опущенных ресниц следила за Вокульским. Понемногу все разошлись. Вокульский остался один. Он пошел в свою комнату, но она показалась ему пустой и неуютной; хотел было погулять по парку, но и оттуда что-то гнало его... Ему стало казаться, будто панна Изабелла еще здесь, и он никак не мог освоиться с мыслью, что она уехала и находится уже в нескольких верстах от Заславека, с каждой секундой удаляясь от него все дальше. - И все-таки она уехала! - шепнул он. - Уехала... ну и что же? Он пошел к пруду и загляделся на белую лодку, вокруг которой ослепительно сверкала вода. Вдруг один из лебедей, плывших у другого берега, заметил Вокульского и, распустив крылья, с шумом подлетел к челну. Только в это мгновение Вокульского охватила настоящая тоска, беспредельная, бездонная тоска, какая бывает, когда прощаешься с жизнью... Поглощенный своими горькими мыслями, Вокульский не слишком следил за тем, что делалось вокруг него. Все же к вечеру он заметил, что заславская компания вернулась из парка в кислом настроении. Панна Фелиция заперлась с панной Эвелиной в ее комнате, барон нервничал, а Старский насмешничал и дерзил. После обеда председательша позвала к себе Вокульского. По-видимому, она тоже была раздражена, но старалась держать себя в руках. - Подумал ли ты, пан Станислав, о сахарном заводе? - спросила она, нюхая свой флакончик, что служило у нее признаком волнения. - Пожалуйста, подумай и потолкуем об этом, а то мне уже опротивели все эти интрижки... - Вы расстроены чем-то? - спросил Вокульский. Она махнула рукой. - Какое там расстроена... просто надоело: поскорее бы уж поженились барон с Эвелиной либо совсем порвали бы... Не то пусть уезжают - или они, или Старский... Одно из двух... Опустив голову, Вокульский молчал. По-видимому, ухаживание Старского за невестой барона приняло слишком уж явный характер. Но ему-то какое дело до этого? - Дурочки эти барышни, - снова заговорила председательша. - Им кажется: стоит только подцепить богатого мужа да в придачу красивого любовника - и больше ничего в жизни не нужно. |
