– Я тоже очень волновалась, – призналась Фрэнсис, что хоть и вполне соответствовало истине, но было сказано с отсутствующим видом, ибо она старалась развязать пакет, который слуга вдовствующей королевы принес ей всего лишь несколько минут назад.

Обе старшие девочки рассмеялись. Они не могли представить себе, что веселая Фрэнсис может быть взволнована или опечалена чем-нибудь. Она была более беззаботной, чем кто-либо из них, хотя ее семья – мать, сестра и брат – уже давно не приезжали в Лондон из Шотландии, и все знали, что у Фрэнсис нет ни денег, ни собственного дома. Казалось, ничто не может испортить ей хорошего настроения, и хотя другие фрейлины и были шокированы дружбой Фрэнсис с Барбарой Каслмейн, они одновременно завидовали ей, ибо гордая красавица не обращала на них никакого внимания. Как, впрочем, и прекрасный Букингем, который при всех оказывал Фрэнсис знаки внимания и позволял ей втягивать себя во все детские игры и забавы.

– Вот посмотрите, – сказала Джоан, – пока вдовствующая королева будет здесь, недели или месяцы, это не имеет значения, – Каслмейн будет жить в своем загородном доме, где она держит детей, подальше от чужих глаз.

– Это не понравится королю, – предположила Мэри Бойтон. – Что бы ни говорила его мамаша, у них скоро все начнется снова… Фрэнсис Стюарт, ради Бога, что у вас в руках?! О, какая красота!..

Развернув пакет, Фрэнсис вынула из него серебристо-зеленую парчу и, обмотав ею свою стройную, изящную фигуру, принялась делать складки.

– Подарок… от моей кузины, принцессы Генриетты… герцогини Орлеанской, – с гордостью сказала она. – Из нее получится прелестное платье.

Обе девушки, которые были старше Фрэнсис и принадлежали к знатным семьям, смотрели на нее с завистью. Фрэнсис всегда получала дорогие подарки. В день рождения, когда ей исполнилось шестнадцать лет, ей прислали кучу подарков из Франции, среди которых был и браслет с драгоценными камнями от короля Людовика.

И обе они подумали о том, что хоть Фрэнсис и кажется самой бедной из них, в действительности имеет гораздо больше, чем они.

Глава 9

– …Я уверена, что когда ваша дорогая мама вернется из Шотландии, она повторит вам то же, что я только что сказала, – говорила Генриетта-Мария. – Эта дружба с… леди Каслмейн совсем не то, что нужно. Королева, моя невестка, не рискнула поговорить с вами, но она придерживается того же мнения.

Это был конец длинной лекции, которую Фрэнсис пришлось выслушать с приличествующими случаю вежливостью и вниманием. Она сидела рядом со вдовствующей королевой на резном стуле, на который та указала ей в самом начале беседы.

– Я думала… Барбара одна из придворных дам. Невозможно быть невежливой и неприветливой с ней. Кроме того, и сама королева не позволяет себе этого.

Фрэнсис, которой никак не удавалось побороть раздражения, разговаривала со вдовствующей королевой более свободно, чем могла бы позволить себе в свое время в Шато де Коломб.

– Дипломатия, дитя мое, – очень важная вещь! Мне не следует больше говорить об этом. Вы уже не ребенок, хотя моя дочь всегда говорила, что вы никак не можете повзрослеть. Она не забывает вас. Она пишет часто, не так ли?

– О да, Ваше Величество. – Фрэнсис сразу оживилась. – Когда вы послали за мной, я надеялась, что вы хотите поговорить о ней, что, может быть, от нее получено письмо, хотя одно письмо, короткое, я уже получила вместе с парчой.

– Сюзанна, которая приехала вместе со мной и которую вы, без сомнения, помните, сошьет вам из нее платье, по фасону который специально для вас придумала Генриетта-Анна.