– Если ты собираешься везде совать свой нос и обследовать всевозможные устройства, что собрал Орогастус, то мне лучше за тобой приглядывать. – Файолон произнес это с большим воодушевлением.

– Разумеется, это совершенно необходимо, – тут же согласилась она. – Кто знает, в какие неприятности я тут влипну, если ты не будешь сдерживать мою страсть к новым и непонятным вещам?

– Стоит ли мне привести обратно фрониалов, на которых Белая Дама отправила меня домой? – спросил Файолон.

– Нет, оставь их там, – сказала Майкайла. – Они могут ей понадобиться, когда госпожа поправится и будет готова вернуться. Я говорила с ламмергейерами: никто из них не может с ней теперь общаться – с тех пор, как Харамис заболела.

Узун тяжело и тревожно вздохнул.

– Разумеется, – поспешила добавить Майкайла, – все это может перемениться, как только ей станет лучше. Сейчас она наверняка просто не помнит, что в состоянии говорить с ними. Вероятно, это и есть единственная причина. В любом случае, – продолжала она инструктировать Файолона, – собери всю теплую одежду, которую только сможешь разыскать, – для себя и для меня. Поройся в сундуках, если понадобится, – думаю, что я наверняка подросла с тех пор, как в последний раз была в Цитадели. Но что подойдет тебе, то, пожалуй, и мне будет по росту. Не забудь теплые перчатки и обувь. В этих ледяных пещерах страшно холодно, а нам наверняка придется провести там немало времени. Потом сочини прислуге что‑нибудь правдоподобное по поводу своего отъезда, но только не сообщай им, что едешь сюда: после той глупой сцены, что устроила Харамис перед самой своей болезнью, об этом, пожалуй, не стоит объявлять. Двигайся на восток, в сторону Большой дамбы, а потом по ней – до того места, где дамба пересекает реку. После этого повернешь на север и пройдешь пол‑лиги по западному берегу реки; там тебя будет ждать ламмергейер. Все запомнил?

– Да, – сразу подтвердил Файолон. Сонливость его как рукой сняло. – Я буду там примерно к середине дня или чуть‑чуть позже.

– Замечательно, – сказала Майкайла. – Я велю Энье подготовить тебе комнату, но, скорее всего, не скажу ей ничего определенного о том, как долго ты здесь останешься.

– Пожалуй, это правильно, – согласился мальчик, – поскольку мы и сами не знаем, долго ли я там у вас пробуду.

Майкайла уже собрала всю самую теплую одежду, которую смогла найти в комнате Харамис, хотя Энья пыталась протестовать против использования костюмов госпожи без разрешения. Девочка воспользовалась моментом и сообщила, что к вечеру ожидает прибытия Файолона, который привезет ее собственную одежду, и попросила Энью подготовить ему комнату.

– А что касается леди Харамис, то в Цитадели за ней очень внимательно ухаживают, и доктора полны надежд на то, что она со временем вполне поправится. Но я боюсь, что в настоящий момент госпожа не в состоянии вообще что‑нибудь разрешить или запретить. Вплоть до ее выздоровления я буду продолжать занятия под руководством господина Узуна.

Энья, возможно, была от всего этого и не в восторге, но ей ничего не оставалось, как подчиниться. По требованию Майкайлы она поручила одному из виспи помочь очистить двор от снега.

Под ярким солнечным светом Майкайла словно ожила. К ней вернулось чувство связи со всем тем огромным внешним миром, от которого так прочно отделяли каменные стены башни.