Александр нахмурил брови в попытке сдержать эмоции. Как же он не заметил, что эта девочка оказалась такой хрупкой? Почему он погрузился в собственное горе и не подумал, что для нее этот первый по-настоящему сильный удар судьбы мог оказаться роковым?

* * *

Все наши встречи с Ленкой, вопреки стандартному для всех женских посиделок тем для обсуждения, производили на меня удивительный эффект. Когда подруга уходила, меня посещало вдохновение. То, о чем Ленка рассуждала весь вечер, причудливым образом проросло у меня в сознании, побудив меня к активным действиям.

– Ты можешь мне русским языком объяснить, что ты делаешь? – спросил Папазян, садясь ко мне в машину.

Я сидела напротив автомастерской Овчинникова с самого утра и пристально следила за всем, до чего мог дотянуться мой зоркий бинокль.

– Понимаешь, что-то здесь нечисто, – попыталась я облечь в словесную форму свои подозрения. – Сын явно что-то знает, ты сам говорил. И я собственными глазами видела, как они ссорились. Да, звучит неубедительно, – согласилась я. – Но я нутром чувствую, что они в этом замешаны.

– Бред какой-то, – заключил Гарик. – Чувствует она! Еще скажи, духи нашептали. К нам круглый год такие просветленные ходят, с видениями.

– Тогда не мешай! – рявкнула я.

По части общения с духами опыта у меня было хоть отбавляй. И пусть я была материалисткой до мозга костей, но отрицать прорицательскую силу моих игральных костей было бы глупо. А Ленке я ухитрилась преподать такой мистический урок, что она все утро оглашала мою квартиру своими довольными воплями.

Что, скажите на милость, нужно завучу и матери-одиночке? Правильно, уверенность в завтрашнем дне. Отныне, запустив руку в бархатный мешочек, Ленка могла приобщиться к многовековой мудрости Поднебесной, прочитав одну из множества скачанных мной в интернете цитат Конфуция. Практичное мировоззрение китайского мудреца кому угодно могло вернуть крепкую почву под ногами. И Ленка, уверовав раз и навсегда в мистическую силу подарка, была уверена и в моей исключительной экстрасенсорной одаренности.

– Что мы теряем-то, я не понимаю? – возмутилась я.

– Время? – предложил Папазян. – Какой у них мог быть мотив?

– Рискну предположить, что они хотели защитить сына, – когда я произносила эту версию вслух, она звучала и вполовину не так убедительно, как у меня в голове.

– От чего? Они понятия не имели, чем занимается Руслан, – усмехнулся Гарик. – Мне его мать битых полчаса доказывала, что мальчик учится в университете. Так что прости, Тань, но версия твоя так себе.

– Но Овчинников же звонил Кириллу в Новый год, – не унималась я.

– Так он сына искал, – разбил Папазян очередные мои надежды. – Руслана задержали за пьяную езду. Вот его и потеряли. Кто там будет в Новый год с пьяными разбираться? Посадили всех в обезьянник, и пусть спят до утра.

– Ты зачем сюда пришел? – не выдержала я.

– Думаю, Тань. Не хочу с висяка новый год начинать.

– Я хочу вскрыть его машину, – поделилась я заветной мечтой. – У меня с собой ультрафиолетовый фонарик. Люминола, правда, нет, так что будем ориентироваться на черные пятна.

– Таня, это незаконно. У меня нет ордера, – Папазян тщетно взывал к моему рассудку.

– Ты постоишь рядом, сама все сделаю, – меня было не остановить. – В случае чего сам же и задержишь.