— И нет такой женщины, — с улыбкой добавила Эйлин, — которая не удивлялась бы тому, как девушка в платье вроде моего могла быть замечена столь элегантным кавалером!

Дэйл удивленно взглянул на нее и сел напротив.

— Любопытно, у вас особое мнение в этом вопросе! — вымолвил он с игривой улыбкой.

— Мнение чисто женское, — улыбнулась она в ответ. — Разве вы не знаете о нашей многоликости?

— Если честно, то нет, — ответил Дэйл, изучая предложенную официантом карту вин. — Я не очень-то разбираюсь в женщинах.

— Неужели? Вот в это мне верится с трудом.

Как только они сделали свой заказ, грянул оркестр, и Дэйл бодро предложил:

— Потанцуем?

— Почему бы нет? — кивнула Эйлин, встала и протянула ему руку.

Танцевал Дэйл, конечно, блестяще. В этом она и не сомневалась. Однако мысленно Эйлин то и дело возвращалась к прошлому вечеру, вспоминая, как руки Джонни обвивали ее талию. И хотя сегодняшний вечер оказался весьма удачным, сердце девушки было не на месте, и она опускала глаза, чтобы Дэйл не мог видеть в них печали.

Танец закончился, и они направились обратно к столику, пробираясь сквозь богато разодетую толпу. Со всех сторон то и дело звучали радушные приветствия Дэйлу, а тот в свою очередь представлял Эйлин своим знакомым, повышенное внимание которых невероятно ее смущало.

В самом разгаре ужина к ним неожиданно приблизился импозантный мужчина лет сорока. Он одарил Эйлин обольстительной улыбкой.

— Могу ли я удостоиться чести пригласить даму на танец? Ты не против, Дэйл? — обратился он к ним, тепло улыбаясь.

— Ну разумеется, я против, — недолго думая отрезал Дэйл. — Иди и поищи себе другую игрушку, старик.

— Не будь таким вредным, — возмутился мужчина. — Уверен, эта девочка потанцевать не откажется.

— Если не откажется, то будет танцевать со мной! — Дэйл был холоден и непоколебим. — Иди своей дорогой, приятель.

Мужчина пожал плечами, еще раз тепло улыбнулся Эйлин и исчез.

— Ну и ну! А вы сурово с ним обошлись, — удивилась Эйлин, от которой не ускользнула вспыхнувшая в глазах незнакомца злоба.

— С такими иначе нельзя, — мрачно ответил Дэйл. — Это, мое наивное дитя, не кто иной, как Форрест Уэйн.

Эйлин с невозмутимым спокойствием уточнила:

— Теперь я должна всплеснуть руками и громко воскликнуть: «Как, тот самый Форрест Уэйн!»? Или вы готовы поверить, если я скажу, что никогда прежде не слышала этого имени?

— Этими словами вы разбили бы ему сердце. На тысячи мелких кусочков, — усмехнулся Дэйл, и Эйлин поняла, что ее непросвещенность он находит весьма забавной. — Он-то кичится тем, что является одним из самых известных людей в этой стране.

— Что ж, я обычная городская девушка. Откуда мне его знать?

— Вы не читаете газет?

— Конечно, читаю. «Кинокритику», «Сиротку Энни» и «Советы по домашнему хозяйству».

— Форрест Уэйн развлекается здесь, в то время как его восьмая жена льет по нему горькие слезы. Узы брака оказались слишком непрочны, что выяснилось через месяц после венчания, — официальным тоном проинформировал Дэйл. — Однако мне думается, что бракоразводный процесс можно будет урегулировать за каких-нибудь четверть миллиона долларов.

Эйлин вытаращила глаза.

— Ах, так это и есть тот самый Уэйн! — воскликнула она. — Господи, я просто не могла подумать, что таких людей, как он, допускают в подобные заведения.