|
Внутри было что-то тяжелое, и она развернула его с почтительной осторожностью священника, распечатывающего только что полученную упаковку облаток. — Это сделал ваш дед. Содержимое мешка оказалось совершенно невообразимым. Нечто в форме револьвера, оно имело невероятно замысловатую конструкцию, было целиком и полностью сделано из стекла и посверкивало на раннем утреннем солнце. Перед нами был продукт технологии, настолько опередившей время, что казался скорее творением научной фантастики. — Он спрятал это в вашей квартире, — сказала мисс Морнинг. — Я нашла его за вашим телевизором. — Да, я слышал, — пробормотал я. — И что эта штуковина делает? Старушка снова улыбнулась. — Она остановит Старост. — И как она это сделает? — Ваш дед гарантировал, что она будет действовать. Но знаете, Генри? — Что? — Если тут что-то пойдет не так. Если мы не увидимся. Доверяйте Процессу. Договорились? — О чем? — Когда придет время, вы поймете, что я имею в виду. Обещайте мне, что будете доверять Процессу. Зазвонил мой мобильник, выбрав для этого самое неподходящее время. Когда я увидел, кто звонит, я, наверное, застонал вслух. Я отвернулся от остальных, нажал зеленую кнопку и набрал побольше воздуха. — Привет, ма. — Горди — настоящее говно. Говно, как и все остальные. — Ты все еще в Гибралтаре? — тихо спросил я. — Да нет же, — сказала она. — Вернулась домой, слава богу. Это какой-то кошмар. Гордон самый настоящий выродок. — Так что — плохо провела время? — Что там плохо — настоящая катастрофа. У него в голове только его расходы… Барбара постучала меня по плечу. — Нам пора внутрь, — сказала она. — Ма, — сказал я, — извини. Но мне нужно работать. Я тебе перезвоню. Ладно? Встретимся позже. Поболтаем. Мама демонстративно зычно шмыгнула носом. — Если работа в офисе значит для тебя больше, чем разговор с собственной матерью… — Пока, ма. — Я оборвал разговор и повернулся к Барбаре. Мисс Морнинг, все еще державшая это невероятно заумное оружие, пошла в направлении офиса, героически семеня впереди маленькими старушечьими шажками. Мы легко догнали ее. Я заговорил тихо, чтобы меня слышала только Барбара. — Вот чего я никак не могу понять… Если Эстелла там — настоящая Эстелла, то что мы будем делать, найдя ее? — Это будет не очень приятно, — сказала она. — Даже очень неприятно. — Барбара смертельно побледнела, а походка ее, казалось, стала еще более механической, чем обычно, она стала похожа на заводную куклу. — Боюсь, нам придется ее убить. Мокрый от пота, мучимый судорогами, которые сотрясали все его тело, будущий король Англии, сидевший на пассажирском сиденье «новы» мистера Стритера, пытался проглотить море желчи у него в горле и бормотал что-то о конце света. Взгляд водителя небрежно скользнул по принцу, в голосе его послышалась нотка презрения. — Ну, что там с тобой? Снаружи стайка девиц в юбочках с поясками, с кожей цвета апельсиновой кожуры и на высоченных шпильках танцевала на дороге. Стритер нажал на кнопку гудка, в ответ на что одна из гуляк в презрительном приветствии подняла средний палец. |
