|
Вперед вышел ирландец. — Мы нашли его именно в том месте, о котором говорил Левиафан. Удивительное дело, но мальчишка, казалось, не испытывал страха, хотя и предстал перед очами монархини. Его застывшее лицо не выражало ни малейшего любопытства. Дедлок, который до этого момента стоял по правую руку королевы, вышел на свет. — Почему мальчик так спокоен? Почему он не кричит и не хнычет? — С самого рождения он воспитывался так, чтобы быть сосудом для Левиафана, — сказал англичанин. Королева нетерпеливо отмахнулась от этого объяснения. — Подведите его ко мне. Мальчика подвели к ней. — Джентльмены, — промурлыкала прапрапрабабка Артура, — я полагаю, мальчик должен преклонить колени перед королевой. Ирландец положил ладонь на голову мальчика и, надавив на него, опустил на колени. — Прекрасно, — сказала королева. — А теперь покажите мне его запястья. Квилинан кивнул. Чуть ли не с нежностью он взял руки мальчика и повернул их ладонями к монархине. — Джентльмены, то, что я собираюсь сделать, возможно, покажется вам огорчительным, но я хочу, чтобы вы знали: какими бы мои действия ни представлялись вам, они осуществляются к вящей славе империи и для продолжения спокойствия на наших берегах. Возьмите себя в руки, наберитесь решимости, укрепите сердца. Левиафан предупредил меня, что среди вас могут оказаться такие, у кого слабые нервы, кому не хватает духу принять необходимое. Я лишь надеюсь, что всем нам хватит мужества, чтобы не упасть в обморок при виде крови. — С этими словами королева извлекла маленький ножик из клапана в левом рукаве. Сделала она это движением руки, оставшимся незамеченным всеми присутствующими, и поэтому то, что случилось потом, застало их всех врасплох. Двумя быстрыми хирургическими движениями глава Британской империи полоснула по рукам мальчика. Брызнула кровь. — Подойди ко мне, мальчик, — сказала королева, бросая нож, хватая мальчика за запястья и с силой сжимая их. — Ну, теки же, — прошипела она. — Теки! Уже потом, собрав всю свою логику и здравый смысл, которые покинули его перед лицом ужаса, происходившего в бальном зале, Артур понял, что такое интенсивное сжатие запястий мальчика должно было привести к остановке кровотечения. Не усилить его, а напротив — прекратить. Оно явно не должно было вызвать те фонтаны, что он видел, эти ужасные гейзеры сверкающего алого цвета. К королеве подбежал Дедлок. — Это чудовищно, ваше величество! — Он попытался вырвать ребенка из ее рук, но против всякой логики хватка женщины оказалась достаточно крепкой. Холворм, Квилинан и Килбрет молча взирали на происходящее, изредка обмениваясь взволнованными взглядами. В данном случае они ограничились ролью наблюдателей. — Молчать! — прокричала королева. — Вы все сегодня стали сообщниками. Лицо Дедлока покраснело от бешенства. — Я не допущу этого зверства. Мальчик рухнул на пол, вокруг него образовалась алая лужица. — Что вы сделали? — сказал Дедлок. — Во что превратились? Королева, казалось, никак не прореагировала на его слова — она была возбуждена, вся пылала страстью. — Тихо, — сказала она, и голос ее задрожал от нетерпения. — Он здесь. Мальчик сел прямо в растекающейся луже крови, словно чертик из коробки в человеческом обличье. |
