|
— Что вы там видите? — Потери, сэр, — сказал Джаспер. — Тяжелые? — Тяжелее быть не может. Мы шли дальше в молчании, скорбные, но и исполненные страха, пробирались сквозь туман мимо рядов павших. Откуда-то из клубящейся пелены тумана раздался голос мистера Стирфорта. — Я на блокпосту, сэр. Все мертвы. — В его голосе слышалась истерическая нотка. — Вы меня слышите? Все мертвы! — Мистер Стирфорт! — раздался в наших ушах лающий голос Дедлока. — Не паникуйте! — Неужели вы не понимаете? Эти существа в Лондоне — на свободе. Теперь все в опасности. Они превратят город в морг. — У вас явно кишка тонка для таких дел. Я принимаю руководство операцией на себя. — При всем уважении, сэр… — Мне наплевать на ваше уважение, — отрезал Дедлок. — Вы мне дайте то, что мне нужно. — Прошу вас… Но было уже слишком поздно. Раздался скрежещущий, скрипучий звук, шум лязгающих зубьев и артритных шестерней… и когда Стирфорт заговорил снова, это уже был голос мистера Дедлока. Сомнений в том, что произошло, не оставалось. — Бойня! — Голос его был исполнен ярости. — Бойня на улицах Лондона. Остальные из нас поспешили за ним в ужасе от того, что он может найти. Дедлок снова заговорил в наших ушных приборах — теперь уже через Стирфорта: — Они направляются в сторону Трафальгарской площади. Я иду за ними. — После паузы: — Я их вижу. Преследую! Где-то впереди нас он мчался за Старостами. Возможно, это была игра моего воображения, но я был уверен, что через ушной прибор слышу зловещие переливы их смеха. Представляю себе, как это могло развиваться дальше, как бы они издевались, как дразнили его, вскользь показывая себя — мелькнувший блейзер, шишковатая коленка, сверкнувший вдалеке перочинный нож. Этого было достаточно, чтобы он продолжал преследование, напитывался надеждой, покупался на их уловки. Он вышел к началу Уайтхолла и обнаружил, что блокпост разрушен, но трагедия еще не закончилась — туман таил в себе новые сюрпризы. Раздался голос Дедлока: — Я их вижу! Они у меня в визоре. Мы с Джаспером двигались к Трафальгарской площади, где был виден только пьедестал колонны Нельсона, а изображение самого великого человека, к счастью, терялось в молочном тумане. Стирфорт продолжал кричать, что все еще видит их, что он доставит их назад и заставит заплатить за их преступления, но мы впереди не видели ничего, кроме тумана. Через ушные приборы мы поймали фрагмент разговора. — Хэлло, сэр! — У вас какой-то усталый вид! — Может, вы не в себе, сэр? После этого зычный смех, потом звук удара, потом — падения, а после тошнотворный треск. Голос Дедлока: — Прошу прощения. Но я должен вас покинуть. Потом странным образом снова Стирфорт: — Прошу вас, сэр, не покидайте меня в таком… Его прервал звук, похожий на вскрик. Раздался звериный вопль, потом он резко пресекся, потом убийственный лязг металла по кости. Следом еще один звук — как будто к кеглям, подпрыгивая, катился шар. Иногда мне снится то, что выкатилось к нам из тумана по асфальту Трафальгарской площади. Я едва сдержал рвоту, и даже у мистера Джаспера, казалось, слезы (или что-то вроде них) появились в глазах. |
